Наши рассылки



Люди обсуждают:




Сейчас на сайте:

Невидимых: 2
Гостей: 141


Тест

Тест Используете ли Вы время по максимуму?
Используете ли Вы время по максимуму?
пройти тест


Популярные тэги:



Наши рассылки:

Женские секреты: знаешь - поделись на myJulia.ru (ежедневная)

Удивительный мир Женщин на myJulia.ru (еженедельная)



Подписаться письмом





Мои призраки детства (письмо сестре)

Ириночка!
Сегодня 24 апреля 41 год назад не стало Мамы.
Я чего-то вспомнила о родительской свадьбе.
24 октября 1948 года они поехали венчаться в сторону Белой Холуницы. Или в Слободку, или в Ильинское. Вначале с утра расписались в ЗАГСе и на этой же лошади, благословленные бабушкой большой фамильной иконой, которая потом у нас висела в красном углу, уехали, чтобы встать под Венец. Под венечные Короны, которые их сделали единым целым до гроба...

24е число для мамы было каким-то решающим. 24 октября 1948 года - венчание, 24 апреля 1950 года они с папой утвердили проект нашего дома, в котором мы родились и росли, 24 апреля 1960 года она вышла на работу после 11 лет перерыва по уходу за всеми нами. 24 апреля 1978 - смерть.

В венчальной иконе лежали их свечи. Одна- мамина была чуть-чуть короче. Быстрее сгорела. Папа все время говорил: «Мати, ты наперед меня умрешь, года на два, а я следом за тобой. Куды я без тебя-то»
Так и случилось. Не стало мамы на Пасху.
Мама за ним приходила. Как ему казалось. Кошка у нас сама себе открывала двери из избы в сени, он знал это, но ему в ночи виделась мама, она приходила и стояла около комода, горестно сложив руки.
«Николай, батюшко, пошли со мной, тебе тут совсем плохо. А там у меня хорошо»
«Танька, я ведь все понимал, что этого не может быть, а ничего не мог поделать. Я ее видел.» И мама каждую ночь приходила к нему.

Можешь себе представить, Ирина, в каком аду он жил, с каким предвестником страха шел домой, чтобы лечь спать.

Когда папа мне это рассказывал, мне вспомнились свои ужасы.
Одно время, лет с 11-12 млилась Надька Лепунова - младшая дочь Анфисы Лепунихи, бабушки Светки Санталовой. Надьке было 25 лет, она уехала в Котлас, там работала и жила на квартире. К ним приходил один уголовник лет 60. Они вместе играли в карты, шутили, Надька красивая и веселая была, ее озорные глаза всегда полнились смехом и искорками. Этот старый уголовник вообразил себя Мечтой всех девушек и стал предлагать ей выйти за него замуж. Да зачем он ей? Она шутила, что вот подумает и, может быть, согласится. С такими шутить нельзя! Однажды он ее поймал, что говорил, чего требовал, никто уже не скажет. и что он с ней делал, перед тем как убить - неведомо. Зверски убил.  Изнахратив всю грудь отверткой. Еще и с вывертами. Нанес 9 ран. Это не ножом. Тупой Отверткой! С какой изуверской силой надо было ее убивать! Сколько злобы в себе иметь, чтобы решиться лишить человека жизни...

Мы бестолковые тогда на всякие похороны бегали. Чего нас туда носило? Может, как всем и во все времена, не хватало зрелищ? И нам то ли квартирантка, то ли сама мать, приоткрывала ворот платья и показывала эти раны. Меня туда черт принёс в самом начале, когда гроб и ее вещи привезли машиной с вокзала. И нас ребятню Анфиса попросила помочь вещи перетаскать в дом. Как ты помнишь, их дом стоял на отшибе, от основной Советской улицы надо было пройти по тропиночке над вешним берегом Спировки. Наверное у них на адресе стояла улица Встречная. Тропиночка тонкая, песчаная и долгонькая. Все уже идут от дома к машине, а я только туда. И всегда получалось, что я одна заходила в ограду. В первый раз мне досталось ее пальто, донесла его до сеней. Морозом ужаса и страха всю спину охватило и, если бы была волком, то видно бы было, как вся шерсть вздыбилась на холке. А во второй раз несла бидон и смогла заставить себя зайти только в ограду. Меня трясло от страха. Мала была, учились в 5 классе.

Ты наверняка помнишь, их дом стоял на отшибе над речкой, рядом с Чирковским домом, окнами глядел на Спировку и прибрежный луг. Пройти можно было только по тропке по верху берега, остававшегося сухим в разливы. Это как идти к Люде Федоровой от Платуновского и Чирковского домов вдоль Спировки, от федоровского огорода Лепуниху отделял ручеек, едва сочившийся летом и становившийся речкой по весне.

А еще позже принесло меня туда в день похорон. Тянула какая-то неведомая сила. Семья пошла в церковь отпевать Надину душу. Квартирантка оставалась с ней, варила еду в печи, и ей надо было пойти по воду к колонке. А это, как ты знаешь, не близко! Попросила меня остаться. Нельзя покойника оставлять одного. Я бестолковая и согласилась. Стыдно было отказаться. Стояла в комнате наедине с гробом и шелохнуться боялась! Руки-ноги онемели! Мне все казалось, что Надька дышит. Она лежала сама на себя совершенно не похожа. Видимо столько страха и боли, перенесенные перед смертью, изменили ее внешность... Мне все казалось, что еще чуть-чуть и она встанет из гроба и вцепится в меня. Хотя при жизни она была доброй, веселой девушкой, работавшей на мебельной фабрике. Работала бы и дальше. А вот поехала из дома. Зачем? За своей смертью. Страшной смертью. Хоронили ее в фате и подвенечном платье на высоких каблуках. Почему такой обычай? Если не успела еще замуж выйти, то в подвенечном платье в гроб кладут. А вышла, то платье кладут к ней в гроб... Что это за обычай?

Я еле дождалась квартирантку. Рванула оттуда, прибежала домой и все! Началось! Она мне стала корзиться (видеться) в каждом темном углу. Я залезла на свою кровать, сжалась в уголочке, трясет от страха, и кажется, что Надька притаилась под кроватью и сейчас, вылетит, опрокинув, поставив ее на дыбы и удавит меня! Я боялась пойти за печку. Начались мои изнуряющие каждодневные страхи... Боялась позже, что она постоянно сидит под моей кроватью. И стала она меня преследовать. Преследовать повсюду и днем и ночью. Когда я шла из школы, я боялась проходить мимо забора, огораживающего строительство детсада, под горой ниже Платуновского дома, в этом заборе была проломлена дыра и мне казалось, что она караулит там, сейчас вылетит из той дыры и задушит.
Я боялась ложиться спать, боялась выходить в сени, боялась ходить в туалет на крыльцо. Меня просто трясло от страха. Парализовывало. Во сне она мне постоянно снилась. Не успели глаза забежать, как она меня уже караулит из-за какого-то угла.

Однажды приснилось мне, что мы с мамой пироги стряпали. Мама мне говорит, чтобы я пошла в чулан за противнями.
«Мам, я боюсь. Меня Надька там прикончит»
«Надоела ты мне со своими фантазиями! Иди, кому сказала!»
Я заревела, но пошла. Пироги куда-то класть надо. Они подойти должны, расстояться, прежде, чем их в печь поставить.

Только захожу в чулан, и сразу же слышу за собой скрип двери. Это Надька вошла за мной, закрыла дверь на вертужок и ко мне, отрезав возможность побега. Я в западне.
Руки тянет к шее и требует свой паспорт. Я, отступая назад, допятилась до самой стены, где у нас сундучок с ношеной одеждой стоял. Стала прятаться в лОпоть (одежду), что на стене висела. Она нашла мою шею и  начала душить, требует от меня паспорт, который у нее в пальто во внутреннем кармане лежал, что ее в эту жизнь без него не пускают, а ей жить очень!!! хочется!!!

Душит, и я начала хрипеть. Задыхаться. Воздуха нет.  Мама услышала это, вскочила, ввернула лампочку, разбудила меня, трясти начала, дала воды, я в рев, что больше никогда не стану спать, что Надька меня каждую ночь караулит и душит. Сегодня не додушила, так завтра додушит, если засну!

Мама на работе рассказала об этом.
- Тоня, не шути с этим. Потеряешь девку-то. Это очень серьезно. Покойницу надо отвадить.
Сказали, чтобы я три ночи с мужиком поспала. «Пусть с отцом спит. А ты на ее кровати поспи. Гони эту Надьку». Мама пришла с работы, ласково со мной поговорила, успокоила. Сказала, что папа защитит.

Я очень боялась заснуть, а вдруг Надька папы не испугается??? Что тогда? Умирать!  Одна дорога...
Стала засыпать... и та уж тут, как тут. Но ко мне подойти не может!!! Как у Гоголевской ведьмы - не может переступить незримую черту! Ругалась, кричала, стращала! А поделать ничего не может!!! Нет ей ко мне доступу. И расстаяла... Папка меня оберег от нее. Защитил, заслонил. Я на вторую ночь уже смелее стала засыпать. Выспалась так хорошо, как давно уж не сыпАла. А на третью сказала, что сама на своей постелил усну. И уснула.
Были во мне отголоски страха. Трепыхались, как цыплята от вида коршуна. Но того- смертного, парализующего и ноги и мозги страха, больше не приходило.
Вот и не верь бабским забубонам.

А рассказывать это я стала тебе от того, что прекрасно понимала папу, когда ночью он просыпался оттого, что к его кровати тянуло холодом от дверей, открытых кошкой, появлялся образ мамы, стоящей напротив него около комода, звал его в могильную стынь, а защитить папу было некому... в доме не было никого. Одинешенек.  Я должна была выехать из Черкасс в день его смерти.  У меня был билет на 10 сентября 1980 года. Не успела. Не спасла. Не защитила. А купи бы мой Саша билет на Киров на несколько дней раньше...


АНФИСА

Вспомнился мне Анфисин дом во всех деталях. Дома на Зимовке были основательными - старые дома, построенные еще до появления наших родителей в этом почти деревенском, просторном районе Слободского, отрезаемом по весне разливом нашей речки от "города", так мы назвали центральную часть.
Дом стоял на отшибе, и угол огорода у них постоянно в паводок вырывали, потому что рабочие, ходившие на Металлист, чтобы не начерпать в сапоги воды, старались влезть на нижнюю перекладину забора и пройти по ним цыплячьим шагом до сухого места повыше. Да бывало, что вместе с вырванной штакетиной хлопались матерясь в вешнюю холодную воду нашей взбухшей Спировки.

Ограда у Лепуновых была большой. У Анфисы было трое детей. Сын и две дочери. Муж, как у всех, остался где-то на великих полях войны. Старший сын Георгий, все звали его Гера, был высоким, темноволосым, наверное в отца. А дочери светловолосые, невысокие, обаятельные. Гера - не столь часто встретишь такое имя. Именно поэтому я и запомнила его. Он женился, привел красивую, какую-то сливочную жену Агнесу. Сливочную, и от слова слива и сливок. Она была вся уютная, пушистые волосы легким темным облачком кудрявились над ее головой, и года за два до нашего рождения появилась у них красивая и высокая девочка Люся - Светкина двоюродная сестра. Жили они вначале в прирубе. Или это так дом у них был разделен на две половины? Одна часть дома лицом была на юг, другая на север выходила глухой стеной, стеной же с окнами на восток.

Что у Люськи, что у Агнесы глаза были большие выразительные, светло- карие, и блестящие. Лица у обоих округлые, красивые с густой кожей. Когда приехала средняя дочь со Светкой (видимо, развелась и снова вышла замуж) они уступили прируб Светкиной матери с ее новым мужем и недавно рожденным братом Светки, и стали жить в половине Анфисы. Вскоре они получили или купили себе жильё. Уехали. И красивая маслянисто-шоколадно-сливочная Люська с длинными толстыми косами по плечам исчезла с нашей Зимовки. Лишь изредка приходила к своей бабушке Анфисе. Краешком Зимовки пройдет к дому и не видно ее.

Когда Гера и Агнеса жили в Анфисиной половине, их спальню от главной комнаты отделяли легкие занавески. Сразу от выхода из их спальни справа у окна стоял комод. На нем было столько всяких чудес! Среди них был болванчик, который постоянно кивал своей азиатской головкой, когда ты его ни тронь. Я прикипала к нему глазами. Ну и руками, чтобы качался этот жирненький и важный азиат в куче одежек.

Анфиса была большой чистюлей. В ее доме всегда был идеальный порядок, ее узорные, выбитые ришелье шторочки всегда крахмально топорщились на окнах, ограда была подметена и какой-то солнечной, радостной она мне казалась.

Ходила я туда к Светке со своей соседкой Риммкой. Люська усаживала нас в ограде за стол, давала листы бумаги, карандаши, учила нас писать. Мы еще в школу не собирались, а она уже ходила. Поэтому и учительствовала над нами. Мы старались. Правда старания нам надолго не хватало и мы с Риммкой срывались и неслись на свой край, чтобы бегать, а не чинно сидеть у Люськи на уроках.

Почему моя память так тщательно хранит события чужой жизни? Я помню, как Светка делилась впечатлением о смерти своей тети. Светкиной матери, когда мы учились классе в третьем, уже дали дом на Трактовой улице. Я даже номер помню, но писать не стану.

Гера с Агнесой, Светкина мать с отчимом, получив телеграмму о смерти сестры, пришли к матери, не зная, как ей сказать об убийстве ее дочки. Решили ничего не говорить. Сказали, что надо поехать в Котлас.
Анфиса удивилась. Надя недавно только уехала туда. Приезжала домой в отпуск буквально пару недель назад. Но, если дети зовут, стала собираться. И уже там они ей сказали, что произошло. Какой страшный удар матери.

Просила она дочь вернуться домой, когда та в свой последний отпуск приезжала. Дом опустел. Герина семья и Светкина семья получили жилье, дома теперь места много, вернулась бы, как бы хорошо было...
Анфиса простить себе не могла, что не настояла на возвращении, что отпустила дочь на смерть... И весь остаток жизни потом так прибитой этой трагедией и ходила.



Bestatyana   26 мая в 23:55   180 0 13  


Рейтинг: +11







Последние читатели:




Комментарии:

Bestatyana # 27 мая в 1:31   +4  
специально поместила запись в дневник, чтобы проверить, отошлется ли? Сколько ни пробовала у кого угодно оставлять сообщения, не проходят. Может меня заблокировали и поэтому я не могу добавить никаких размышлений?
Здесь у меня прошло легко и просто. А под чужими записями не проходят. Там пустота
Skarlet # 27 мая в 2:10   +4  
Таня, сбой на сайте, я уже поставила запись. Комменты пишите, может коллективное письмо поможет!
Bestatyana # 27 мая в 4:17   +4  
Спасибо, Жанна.
С прошедшим днем рождения, Жанна!!!
Skarlet # 27 мая в 9:52   +3  
спасибо
karlita # 27 мая в 7:37   +2  
Bestatyana # 27 мая в 14:41   +2  
Марина, напиши мне в личку, там сообщение Зины прошло. А вот мой ответ там пока не прошел.
наталия_ласточка # 27 мая в 11:51   +3  
Bestatyana # 27 мая в 14:42   +2  
Натпша, напиши с личку. Тут ничего не осталось. Попробуем так общаться.
Bestatyana # 27 мая в 22:45   +1  
Таня!!! Вот как плохо, когда коменты наши не читаются и не проявляются...но ничего - переживём. Прочитала твой последний пост "Мои призраки..." просто сначала прочитала, потом ещё раз, поплакала... да жизнь это такая Штука...Спасибо, очень трогательно...

Спасибо, Наташа. Что-то с сайтом ничего не меняется.
Хорошо, что хоть тексты сейчас не пропадают, как раньше бывало. Пишешь-пишешь, а оно взяло и исчезло, нигде не отпечатавшись.
Это письмо я писала своей сестричке Иринке, а потом еще что-то вспомнилось. Я давно хотела написать о Надьке. Зачем-то же она сидит у меня в памяти... И так у меня часто бывает, что напишу о чем-то, начинаю думать, вспоминать. Я уж более полувека ничего не слышала о Люське или Анфисе, и, тем более, о Гере. У него на горле был огромный двигающийся кадык. Как у меня выплыло его имя из памяти? Вспомнилась и его Агнеса. А как Светкину мать звали - не вспомнила. Она не оставила никакого яркого следа в моей памяти - ни плохого, ни какого еще. Только замужествами. Позже, она еще раз, по-моему, вышла замуж
Bestatyana # 27 мая в 14:41   +2  
Зина написала
Bestatyana пишет:
Анфиса простить себе не могла, что не настояла на возвращении, что отпустила дочь на смерть... И весь остаток жизни потом так прибитой этой трагедией и ходила.
Но кто же знает судьбу? Глупенькая была Надя, действительно с такими людьми и людьми душевнобольными нельзя шутить, они действительно не понимают шуток и всё принимают за чистую монету...
Источник: http://bestatyana.myjulia.ru/mail/contact/376255/

Ответ Зине

Наде было 25. Эти годы она прожила беззаботно под маминым крылом и крылом брата. Вся Зимовка очень жалела. Мы все были потрясены такой страшной смертью молодой девушки.

Зина, пробовала ответить в личке, не проходит. Попробую тут
Luchanka # 27 мая в 22:56   +1  
Тяжелый рассказ.
Таня, что ты могла сделать Наде, что она тебя так пугала?
Bestatyana # 28 мая в 6:43   +1  
Майя, я ей ничего не сделала. Это мои страхи-испуги. Нельзя маленьким детям шляться по похоронам. Я всегда боялась всех покойников, но нас с Риммкой постоянно несло куда-то. Даже к совершенно чужим заходили. Если это по нашей с ней дороге из школы. Стоишь в толпе и чего только ни услышишь! Зашли мы с Риммкой случайно на Володарского, а там похороны. Одна старуха говорит другой, что было такое - матери снилась дочь, похороненная в туфлях на каблуках, она жаловалась матери, как ей тяжело ходить на высоких каблуках и что каждый день ей все по ступеньке прибавляется. Попросила мать передать ей тапочки "смертельные" и назвала адрес. Мать не поняла, как же она передаст обувь? Но пошла по адресу и на то время, на какое дочь сказала. Пришла. А там гроб стоит... Она тихонько положила в гроб тапочки и мысленно попросила прощения, что беспокоит, но ей очень надо передать дочери обувь. И дочь перестала ей сниться. То ли это в нашем сознании что-то возникает, то ли еще что?

Думаю, что энергетики - уходящая Надина и живая моя как-то слиплись, переплелись. И вот такое случилось. Не со мной одной такое бывало. В детстве я много всяких страшилок наслушалась. Сколько удивительного и невероятного рассказывали старухи, приходившие к бабушке понюхать табачку да побахорить вечером, когда со всеми делами устряпывались. Может это какое-то мое внушение. Сложно объяснить необъяснимое. Но видишь, люди знали, что надо делать в таких случаях. И помогло.


Оставить свой комментарий


или войти если вы уже регистрировались.