Регистрация!
Регистрация на myJulia.ru даст вам множество преимуществ.


Рубрики статей:









Наши рассылки



Люди обсуждают:




Сейчас на сайте:

basenka71 puncher1973

Зарегистрированных: 2
Гостей: 84


Тест

Тест Умеете ли Вы дружить с собой?
Умеете ли Вы дружить с собой?
пройти тест


Популярные тэги:



Наши рассылки:

Женские секреты: знаешь - поделись на myJulia.ru (ежедневная)

Удивительный мир Женщин на myJulia.ru (еженедельная)



Подписаться письмом





Пробуждение. Глава 18



Видео и графика автора. При создании коллажа использованы картины:
А. Куинджи "Радуга",1900-е годы
масло, холст.Таганрогский художественный музей;
неизвестный художник "Почтовая карета".



Осень в этом году выдалась ранняя и холодная, уже в конце августа ударили первые заморозки, а к середине сентября мелкой крупой, рассыпающейся из свинцовых туч, стал пробрасывать снег, он падал на остывающую землю, оседал на пожухлой траве и кустах с медленно умирающей листвой и таял, наполняя всё вокруг сыростью. Осень была хмурой. Во всяком случае, впервые за всю свою жизнь Анна увидела любимое время года в таких мрачных, совсем не золотых красках, представлявшихся ей предвестниками надвигающейся бури.
Анне не спалось, согретая объятиями мужа, она уютно свернулась под пуховым одеялом и слушала размеренное дыхание Сергея. Лунный свет через щель в занавеске упал на его лицо, улыбающееся во сне.

Сердце Анны тоскливо сжалось – её тревожил предстоящий отъезд в Петербург. В столице она была только однажды, в далёком детстве. Ей запомнился людный Невский проспект и номер в гостинице, в котором они жили вместе с няней, и который показался ей роскошными апартаментами во дворце. Девочка, вообразив себя принцессой, рассматривала элегантные детали интерьера и пыталась запомнить каждую мелочь.
Теперь всё стало таким далёким. Сможет ли она быть там счастлива? Нет, она ни на минуту не сомневалась во взаимности их с Сергеем чувств, но неизвестность и предстоящая дорога пугали её. Ах, если бы можно было навсегда остаться здесь, в родном имении! Ещё совсем недавно она грезила о далёких городах, мечтала оказаться где-то в ином месте, ярком, непохожем на её привычный мир, а сейчас ей не хотелось уезжать отсюда, покидать любимый старый дом и разросшийся сад с тенистыми уголками. Будущее пугало её. И хотя Марья Фёдоровна приняла их брак, Анну всё равно не оставляло безотчётное беспокойство, точно она ждала, что должно было случиться что-то плохое.

Она посмотрела на лицо мужа. Как же он был прекрасен! За эти несколько дней, прошедших после их венчания, она вдруг открыла для себя одну вещь, которой немного смущалась: оказывается, мужчина может вызывать восхищение своим телом. Она сама стыдилась бы в этом признаться вслух, но ей хотелось прикасаться к нему хотелось чувствовать его смелые прикосновения, которые незнакомыми ощущениями отзывались в её теле, заставляли трепетать каждый его уголок. Впервые познав вкус страсти, Анна вдруг поняла, что уже никогда не сможет жить без ласк Сергея. Сейчас жизнь до него казалась ей лишённой какого-то яркого наполнения, словно она, соединившись с любимым супругом, обрела недостающую раньше часть самой себя. Иногда она стыдилась своих чувств. «Не грех ли так желать мужчину? – спрашивала она себя». Но через мгновение, ложный стыд пропадал, а глаза снова и снова устремлялись к родным чертам его лица, любовались статной высокой фигурой мужа. Он словно стал для неё источником живительного света и тепла, согревая, как солнце по весне согревает первоцвет. Она обожала вот так наблюдать за ним, когда он спал. В эти минуты он казался ей беззащитным и очень ранимым, единственным желанием её, которое стало смыслом жизни, было уберечь и защитить его. От чего именно – Анна и сама не понимала. Она корила себя за эти мрачные мысли, но в душе неотступно росло ожидание чего-то страшного. Безотчётная тревога за мужа не давала покоя, лишала сна.
Невесомым поцелуем, скользнув по его губам, она почти неслышно прошептала:
- Я люблю тебя.
Он не мог услышать, как думала Анна, но услышал. Не открывая глаз, довольно ухмыльнулся, прижал её к себе и уткнулся носом в шею. Потом, приподняв голову, заглянул в сияющие глаза жены и довольно заметил:
- Ангел мой, ты сводишь меня с ума.
- Я думала, ты спишь, - смутилась она, вспыхивая от его прикосновений.
- Я спал, сударыня, но вы изволили разбудить меня.
Его руки двинулись по её телу, медленно потянули за шнурок сорочки, обнажая изящную грудь, длинные сильные пальцы скользнули, обрисовывая мягкие линии. Его прикосновения отозвались внутри неё каким-то обжигающим ветром, который, омыв её сверху донизу, сконцентрировался в самом средоточии её естества.
- Сударь, не слишком ли много вы себе позволяете? – Анна сделала строгое лицо и с притворным возмущением посмотрела на мужа.
- О, уверяю вас, в самый раз! – засмеялся Сергей, не прекращая смелых ласк. – Вы же прекрасно знаете мою репутацию, кажется, тётушка вас предупреждала, что я распутный повеса.
Два последних слова он произнёс шёпотом, почти выдохнув в ушко жены.
- Мне кажется, она даже преуменьшила ваши грехи, - сдерживая рвущийся смех, смущённо заметила Анна.
- Возможно, однако в моём окончательном падении виноваты вы, сударыня, - он вновь обжёг её горячим шёпотом.
- Я? – её глаза удивлённо расширились, на дне их тёмного омута заблестели звёздочки смеха, который она пыталась сдержать.
- Да, именно так, - губы Сергея изогнулись в усмешке. – Вы сами разбудили меня, нарушив мой сладкий сон, поэтому – пеняйте на себя! Я всего лишь возьму своё по праву.
С этими словами он с головой нырнул под одеяло.


***
Едва сумерки покинули сад, и рассвет скользнул в окно, как они были уже на ногах.
- Ты бледна. Не выспалась? – опуская руки на плечи жены, спросил Сергей.
Анна сидела у зеркала и расчёсывала волосы. Стоя позади неё он смотрел в зеркало и с тревогой замечал её бледность. Выросшая в деревне, она всегда отличалась чудесным цветом лица. Но в последнее время он всерьёз беспокоился за её здоровье. Её явно что-то тяготило, но на все его расспросы она отшучивалась. Вот и сейчас подняв на него свой взгляд отвечала нарочито весёлым тоном:
- Ещё бы! Конечно, сударь, вы сами не позволили мне отдохнуть.
- Простите меня, мой ангел! – он поцеловал её пальцы, чуть сжав их в своих, и шепнул ей на ухо: – Но не вы ли сама виноваты в этом?
Анна, отвернувшись от зеркала, с удивлением взглянула на него.
- Ах, мадам не вы ли разбудили меня своим пылким признанием?! – с лукавой улыбкой напомнил Сергей, мгновенно заставив щёки жены заалеть от смущения.
И отгоняя шутливое настроение, поторопил:
- Нам нужно поспешить. Лучше выехать пораньше.
Сказать по правде, он тревожился, как Анна перенесёт дорогу. Путь до столицы был неблизкий. Придётся ночевать в гостиницах. А погода оставляла желать лучшего – холодно и сыро, пробрасывает снег, но сани не заложишь, путь ещё не лёг. Накануне дня отъезда он распорядился проверить состояние кареты, приказал запрячь самых быстрых и послушных лошадей.
- Не грусти, ангел мой, - целуя Анну в висок, сказал Сергей. – Всё будет хорошо, тебе не стоит волноваться.
- Я не волнуюсь, - отвечала его юная супруга, - просто, ты же знаешь, я никогда не выезжала из имения. Неужели больше не придётся сюда вернуться? – в её глазах спрятались слёзы, и она попыталась прогнать их улыбкой, а потом прижалась лицом к его груди.
- Мы вернёмся! – успокоил Сергей, обнимая её. – Возможно, уже будущим летом. А, и вот ещё что, - вспомнил он, - необходимо захватить плед и обязательно надень шаль, я не хочу, чтобы ты простудилась.
- Милый, ну я же не ребёнок! – засмеялась Анна. – И не хрустальная ваза!
- Нет, конечно, ты моя маленькая Сильфида! – он скользнул пальцем по кончику её носа и сорвал быстрый поцелуй с нежных губ, радуясь тому, как они в ответ раскрылись ему на встречу, словно цветок, потянувшийся к ласковым солнечным лучам.

Уже в их первую ночь он с ликованием осознал, что Анна при всей своей невинной скромности оказалась очень страстной, она не просто принимала ласки мужа, но и трепетно откликалась на них, её тело отзывалось ему в ответ, заставляя Сергея терять разум от испепеляющего его желания обладать до последней точки своим неожиданным сокровищем.
Раньше, в пору молодецкого разгула семейная жизнь казалась ему скучной, однообразной, схожей с тихим унылым болотом, где всё идёт своим размеренным, раз и навсегда заведённым ходом: завтрак сменяется обедом, обед – ужином, перемежаясь званными вечерами и балами по праздникам, в конце дня хозяин сидит в гостиной с газетой, а его жёнушка, расположившись неподалеку в удобном кресле, выводит очередной модный узор на ткани, натянутой на пяльцах. Вот и все семейные радости.

И вдруг сейчас он стал понимать, как же ошибался! Соединение с другим человеком, совместная жизнь сулили много не просто приятных, но и даже восхитительных моментов. Кроме чисто физической близости, он с радостью открыл для себя прелести обычного человеческого общения с женой. И если при их первой встречи она стала его другом, то сейчас душевная близость только росла день ото дня. Петрушевский вдруг осознал, что с каждым часом всё больше и больше влюбляется в собственную жену. Если бы раньше ему сказали, что такое возможно, он бы рассмеялся. Женщин всегда воспринимал чем-то вроде красивого дополнения, приятного приключения, способного вернуть вкус к жизни. С Анной же всё было совсем иначе – она словно бы стала его частицей, потерянной когда-то, без неё жизнь была серой, а отыскал её, и мир стал цветным, наполнился светом. Улыбка его милой Сильфиды делала его счастливым, но вместе с тем, в душе росло беспокойство. Достоин ли он такого нежданного счастья? Сможет ли он в ответ сделать счастливой её, эту маленькую хрупкую девушку, отдавшую ему своё сердце? Ведь что-то же тревожило Анну, что-то заставляло её глаза блестеть от слёз. Не он ли сам был причиной её печали, затаённой боли?
Когда эта мысль посещала его, Сергей на мгновение хмурился, но тут же гнал прочь тяжёлые думы.
В дверь постучали.
- Да, да, - откликнулся Петрушевский.
Вошла Дарья с подносом, принесла завтрак.
- Барин, вот, покушайте.
- Спасибо, Дарья, - кивнул Сергей в сторону стола. – Надо поесть, - сказал Анне, предвидя, что она откажется. - И не вздумай возражать! Путь неблизкий, на станции будем поздно.
Анна послушно села за стол и пригубила чай.
- Э, нет! Так не пойдёт! – намазав на хлеб толстый слой варенья, Сергей протянул его жене. – Ешь!
- Серёжа, не хочется, - Анна смешно наморщила нос.
- Надо, милая! Ты бледна, в дорогу надобно отправляться с силами.
Он, подавая пример, откусил хлеб и заставил жену съесть кусочек холодной говядины с хлебом.
Когда поели, обнял Анну и, глядя в её печальные глаза, попросил:
- Любовь моя, обещай мне, пожалуйста, одну вещь… всегда…
- Что? – она насторожилась, приподнимая точёные брови. – Что именно?
- Не держи в себе, если чем-то обеспокоена.
- Но я… - хотела возразить Анна, но он остановил её:
- Я вижу! Ты встревожена.
- Правда, - Анна улыбнулась, соглашаясь с ним, и тут же успокоила:
– Это всего лишь тоска по дому.
Его губы коснулись её губ легко и невесомо – он боялся не сдержать разгорающуюся страсть и задержаться в спальне как минимум до полудня, поэтому быстро отстранился и с улыбкой заключил:
- Хорошо, поверю. Но впредь, я хочу, чтобы ты не таилась от меня, - он улыбнулся. – Помнишь, раньше ты всегда говорила мне правду? И моё желание - чтобы и дальше между нами не было недомолвок.
- Согласна, - Анна улыбнулась ему и, приподнявшись на цыпочки, вернула лёгкий поцелуй.



***
Дворня толпилась у дома, провожая барина с женой. Эмилия Карловна то и дело прикладывала платок к близоруким заплаканным глазам. Потом поднесла к ним свой неизменный перламутровый розовый лорнет и опять стала похожей на большую серую птицу, будто изучающе взиравшую вокруг себя.
- Анна Александровна, - обнимая свою воспитанницу, сказала она, от волнения произнося фразы с сильным немецким акцентом, - прошу вас поберечь себя, mein Kind.* В России ужасные дороги! Oh mein Gott! ** Когда я ехала сюда, то пережила кошмарное путешествие!
- Мадемуазель, - с улыбкой прервал её возгласы Петрушевский,- не пугайте мою жену. Уверен, в моей компании её путешествие будет приятной прогулкой.
- О, да, сударь, я в этом не сомневаюсь! – любезно согласилась Эмилия Карловна, немного смутившись и блеснув толстыми круглыми линзами своего лорнета. - Берегите сокровище, которое вам досталось!
- Да, мадемуазель, - с улыбкой кивнул Сергей, - я похитил сокровище не для того, чтобы потерять его, - пошутил он, осознавая, что на самом деле не шутит. – Эмилия Карловна, нашим счастьем мы обязаны вам, - поднося к губам руку гувернантки, искренне признался он.
Женщина, растрогавшись, обняла его.
Анна старалась удержаться от слёз, но её улыбка была печальной, а глаза лихорадочно блестели, сдерживая чувства. Она поцеловала в щеку Эмилию Карловну и отвечала нарочито бодрым тоном:
- Не волнуйтесь, мадемуазель, я уверена, что всё пройдёт чудесно! Я непременно напишу вам по приезде и жду ответного письма от вас. Спасибо вам за всё!

Сергею очень хотелось поторопить Анну и поскорее выехать, но он был терпелив: понимал, что для его юной супруги все эти проводы – необходимая часть прощания с прежней жизнью. Впереди их ожидала не просто дорога, а новая жизнь. И сейчас он пообещал себе, что сделает всё, чтобы эта жизнь была счастливой, а на губах его любимой никогда не гасла улыбка. Поэтому он стоически вынес всё долгое прощание, потом традиционное «присесть на дорожку» и, наконец, мог вздохнуть с облегчением.

Когда он усадил Анну в карету, к ним подбежала Дарья.
- Анна Александровна, вот, возьмите гостинцы в дорогу, - протянула она большую корзинку с провизией.
- Спасибо, Дарья, - улыбнулась в ответ Анна, и Сергей, с благодарностью взглянув на заботливую служанку, поставил корзинку в коляску.
Он сел рядом с женой и закрыл дверцу кареты. Тронулись. Анна смотрела в окно и махала провожающим.
Едва покинули усадьбу и высокие тесовые ворота затворились за ними, как Анна, опустив голову на плечо Сергея, печально заметила:
- Как жаль, что мы не попрощались с Марьей Фёдоровной.
- Не печалься, мой ангел, - он осторожно сжал маленькую руку жены, - вчера она вполне попрощалась с нами. Ты же знаешь тёткин обычай почивать до полудня, да и не любит она лишних сантиментов, - Сергей усмехнулся, - «Держи слёзы при себе, дорога будет суше», - так она говорит обычно.
- Да, - Анна улыбнулась в ответ. – Но мне как-то не по себе… А вдруг не увидимся?..
- Вздор! – категорично отозвался он и поцеловал руку Анны, словно раз и навсегда закрывая эту тему.

Утро стояло хоть и пасмурное, но на удивление без дождя. Вскоре карета прогромыхала по деревне и выехала на просёлок.
- Серёжа, смотри, радуга! – удивлённо воскликнула Анна.
Действительно, тучи вдруг расступились, и на весь небосвод раскинулась бледная, точно прозрачная радуга, словно показались райские ворота. На их фоне безлесая равнина преобразилась, засверкав янтарно-изумрудными оттенками. Даже глинистая жёлтая колея дороги выглядела золотой лентой, убегавшей к бледно-бирюзовому горизонту.
- Впервые вижу такое, - лицо Анны оживилось, радостная улыбка озарила глаза, и тёмные очи засияли, будто напоённые этим радужным чудом.
Сергей залюбовался женой.
- Я тоже, любовь моя, - с улыбкой отозвался он, прижимая её хрупкую ладонь к своей щеке . – Видишь, это хороший знак. Наверняка, и погода будет без мороза. Я слышал, радуга осенью – к теплу. Кстати, ты не замёрзла?
Он обеспокоенно посмотрел в лицо жене.
- Ни капельки! – она весело покачала головой. – Не волнуйся!
- А знаешь, - он лукаво прищурился, в синих глазах блеснули искорки сдерживаемого смеха, - есть ведь девичья примета про радугу. Знаешь?
- Нет, впервые слышу! Какая? – Анна искренне удивилась.
- Ну как же! Если встретить это явление с мужчиной да ещё находясь в дороге, навек быть с ним счастливой, - с улыбкой сообщил Сергей.
- Я согласна, - чёрные глаза неотрывно тянулись к синим и два взора словно растворялись друг в друге.
Губы встретились в глубоком поцелуе, два сердца забились в унисон.

___________

* Дитя моё (нем.)

** Боже мой (нем.)


ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ.



Царица Савская   10 июня в 14:48   87 0 4  


Рейтинг: +1


Отправить ссылку другу

Тэги: любовь, страсть, брак, дорога, сомнения, счастье, разлука, судьба




Последние читатели:




Комментарии:



Оставить свой комментарий


или войти если вы уже регистрировались.