Наши рассылки



Люди обсуждают:




Сейчас на сайте:

tasha1963 ирина 49

Зарегистрированных: 2
Гостей: 45


Тест

Тест Насколько Вы жизнерадостны?
Насколько Вы жизнерадостны?
пройти тест


Популярные тэги:



Наши рассылки:

Женские секреты: знаешь - поделись на myJulia.ru (ежедневная)

Удивительный мир Женщин на myJulia.ru (еженедельная)



Подписаться письмом





"Маф-1"

"Маф-1" М А Ф – 1

«Маф-1» Новиков. А. П.

Страшная ночь.

Город спал, усыпанный редкими огнями. Сквозь сонную дрему изредка проносились по его безлюдным улицам легкие порывы ветра, подхватывая на лету первые падающие осенние листья. Изредка, нарушая тишину, проезжала одинокая машина, освещая своими фарами разбитую, в многочисленных лужах дорогу.

Так же, как и все вокруг, спал и Ухтарский психодиспансер. Не спали только три санитара, играющих в дежурной комнате на первом этаже в карты, да еще горел свет в кабинете врача Храпова в другом конце двухэтажного корпуса. Казалось, ни что не может нарушить тишины погруженного в полумрак здания, как вдруг рев тревожной сигнализации разорвал сонный покой, заставив вздрогнуть многих его обитателей. Санитары почти разом взглянули на стену, где тревожноЗадание строк и знаков на странице мигала красная лампочка под номером шесть. Тревожный сигнал исходил из кабинета врача Храпова. Санитары, побросав карты, выскочили, и, схватив смирительную рубашку, выбежали из дежурки и устремились по лестнице на второй этаж, а затем по коридору к кабинету под номером шесть. Навстречу им с воплем и расширенными от ужаса глазами мчалась медсестра. Чуть не сбив с ног одного из санитаров, сестра, не сбавив скорости, промчалась к выходу. Санитары, задержавшись, с удивлением посмотрели ей вслед, узнав в перекошенном от страха лице медсестру Малышеву. В это время из своего кабинета с небывалой для него проворностью выскочил Храпов и, захлопнув за собой дверь, быстро закрыл ее на замок. Уже подбегая к кабинету, санитары услышали нечеловеческий рев, доносящийся изнутри. На их глазах дверь, ведущая в кабинет, подалась так, что затрещали все запоры, словно кто-то, обладающий страшной силой, навалился на нее. Они увидели, как Храпов в один прыжок
отскочил от двери, и тут же с ужасным треском она вылетела.

«Маф-1» Новиков. А. П.
- А-а-а! – вдруг закричал врач, пятясь от двери и, развернувшись лицом к подбежавшим санитарам, весь бледный, с трясущимися губами, прокричал: - Спасайтесь! – и побежал по коридору к выходу.

А в это время перед глазами остановившихся в нерешительности санитаров предстала страшная картина. На пороге кабинета с полусогнутыми над головой руками показалась фигура сумасшедшего. Вид его был ужасен. В нем с трудом можно было узнать всегда безобидного тихо помешанного старика. Сейчас он был неузнаваем. Это был оскалившийся зверь с широко открытыми выпученными глазами, полными дикого бессмысленного бешенства. Его редкие мягкие волосы стояли дыбом, а из головы обильно сочилась кровь, тонкой струйкой стекая на распахнутую пижаму, а с нее – на голое тощее тело старика. Воя и хрипя, сумасшедший дико ворочал глазами.

Остановив туманный взгляд на санитарах, он вдруг издал из своего горла громкий рев и, повернувшись, медленно двинулся на них. Санитары в нерешительности попятились назад, но потом, переглянувшись, и подбодрив друг друга, с криком накинулись на сумасшедшего, пытаясь заломить ему руки и сбить с ног. Но странное дело, заученные приемы не помогали. Старик, словно вылитый из железа, так же стоял на ногах, хрипя и ворочая зрачками своих безумных глаз. Санитары били его под ребра и дых, били по ногам, пытаясь сделать подсечку, а он стоял словно каменный.

Снова взревев, сумасшедший сделал резкое движение руками, и мгновенно один из санитаров отлетел в сторону и ударился о стену коридора, а двое других оказались в железном обруче объятий. Отлетевший в сторону санитар с ужасом увидел, как мгновенно посинели и закатились глаза у его товарищей, их головы неестественно запрокинулись, и он ясно услышал хруст ломаемых шейных позвонков. Через несколько секунд из разжавшихся объятий сумасшедшего

«Маф-1» Новиков. А. П.
вывалились два мертвых тела, а он, переведя взгляд на уцелевшего санитара, двинулся на него. Санитар попятился на корточках в сторону, а потом, резко вскочив, со всех ног помчался прочь.

Через несколько минут к зданию психбольницы, маяча, синей сигналкой, подъехала патрульная милицейская машина. Из синего газика выскочили трое милиционеров и устремились к главному корпусу психбольницы. Навстречу к ним с криками ужаса бежали выскакивающие из корпуса диспансера больные.

Забежав в здание, милиционеры увидели полнейший разгром, царящий внутри: выломанные двери палат и раскиданные повсюду вещи. По коридору метались больные. Вой и визг неслись ото всюду.

Милиционеры, переглянувшись, осторожно направились по коридору, осматривая по пути палаты. В одной из них они наткнулись сразу на два трупа. Решетка, закрывающая палату буйных больных, была выломана и погнута. Пройдя дальше, милиционеры наткнулись на труп мужчины, ребра и позвоночник которого были раздавлены. Милиционеры, осмотрев труп, достали оружие и осторожно пошли по коридору.

И вдруг они услышали, как из ближайшей палаты раздался страшный нечеловеческий рев, и тут же в проходе со сломанной дверью показалась фигура буйно помешанного. С треском сломав остатки двери, он, увидев милиционеров, пошел прямо на них. И тут нервы одного из милиционеров не выдержали, и он выстрелил. Пуля попала прямо в голую грудь сумасшедшего. Дико взревев и откинув при этом голову, сумасшедший оскалил зубы, сделавшись еще более страшным, но даже не зашатавшись, так же продолжил двигаться на них. Тогда милиционер выстрелил еще и еще, но сумасшедший с нечеловеческим ревом продолжал медленно надвигаться. Тогда милиционеры, отступая назад, открыли огонь из трех пистолетов. И только тогда, когда они почти разрядили свои пистолеты, сумасшедший весь окровавленный, захрипев, рухнул на пол.
«Маф-1» Новиков. А. П.
Суд.

Город гудел как потревоженный улей. Тревожные слухи, один фантастичнее другого, ползли по подворотням, курилкам и кухням. Кто-то говорил, что раскрыли целую группу врачей, которые ставили опыты на больных. Другие утверждали, что опыты ставили на здоровых, превращая их в сумасшедших, а кое-кто подкидывал идею о том, что все это происки американских империалистов. Короче, город был порядком наэлектризован произошедшими событиями, что несколько нарушало привычный порядок и доставляло дополнительные хлопоты властям.

Дабы не обострять и без того неблагоприятную общественно-политическую обстановку, партийный комитет рекомендовал властям провести закрытое судебное заседание где-нибудь за городом, и данный факт не афишировать. Что было и сделано. Судебное заседание было решено провести в одном из пригородных поселков. Кроме специально приглашенных и лиц, непосредственно связанных с делом, никого из посторонних не допускали. Для этого двое сотрудников при входе пропускали в зал только при предъявлении специального разрешения или повестки.

Несмотря на соблюдение столь строгой секретности, каким-то образом жители поселка все же узнали о проводимом заседании, и многие из них собрались перед зданием, где началось заседание суда, прибавив хлопот стражам порядка. Кучкующиеся перед входом в здание люди, о чем-то оживленно переговаривались между собой, некоторые пытались заглянуть в окна, но стоящие в проходе стражи порядка охлаждали пыл через чур любопытных грозными окриками, а то и резиновыми дубинками. Прохожие, идущие по своим делам, заинтересованные странным скоплением у здание сельского дома культуры, где и проходило заседание суда, останавливались, и в зависимости от своих индивидуальных качеств либо прямо спрашивали кого-нибудь из стоящих, что здесь происходит, либо прислушивались к странным разговорам. А с разных сторон интригующе неслись такие фразы, разжигая
«Маф-1» Новиков. А. П.

любопытство всякого обывателя:
- Ставили опыты над больными.
- Да что вы говорите!
- Враги?
- Да, психотерапевты.
А в это время в небольшом зале сельского клуба шло закрытое разбирательство. В зале в качестве зрителей сидели несколько приглашенных от общественных организаций и ближайшие родственники подсудимых. В первых рядах ближе к судейскому столу сидели свидетели. Посередине возвышавшейся над залом сцены стоял стол, накрытый красным сукном. За ним сидел судья с двумя заседателями. По правую руку располагался столик обвинителя, а по левую руку – столик адвоката. Сзади центрального стола за переносной перегородкой сидели подсудимые с двумя милиционерами по бокам.

Подсудимых было двое: мужчина и женщина. Мужчина сидел, облокотившись руками на барьер и опустив в ладони свое лицо, лишь время от времени отрывая его от рук. Это был сухощавый, лет сорока пяти человек со сверкающей лысиной на голове. На его прямом и остром носе сидели большие очки, что в сочетании с его острой бородкой и высоким лбом придавало ему вполне интеллигентный вид. Это был обвиняемый доктор Храпов.

Рядом с ним сидела, выпрямившись и словно окаменев, сестра Малышева. Это была дама лет сорока. Ее продолговатое, напудренное до бела лицо, сохраняло напряженно строгое выражение.

В это время сухощавый седовласый старичок судья своим скрипучим голосом объявил:
- Слово предоставляется общественному обвинителю.
Сразу же после этих слов из за правого столика уверенной тяжелой поступью

«Маф-1» Новиков. А. П.
вышел на середину коренастый человек, одетый в черный костюм и кирзовые сапоги.
- Товарищи! – после короткой паузы обратился он ко всем присутствующим. – Перед тем, как начать свою обвинительную речь, я хочу ознакомить вас с материалами следствия и показаниями свидетелей.

Итак, в ходе следственного разбирательства было достоверно установлено, что доктор Храпов, пользуясь своим положением и полной бесконтрольностью со стороны руководства психдиспансера, на протяжении ряда лет занимался незаконными опытами над больными. При осмотре и опросе больных данного учреждения было установлено, что подсудимый неоднократно проводил операции в области черепно-мозговой части пациентов. Подключал к этой области какие-то свои приборы и пытался с их помощью воздействовать на больных. Все эти действия подтверждают и результаты медицинского обследования больных. Вот данное заключение! – он показал залу листок бумаги и, подойдя к судейскому столу, положил его перед судьей.

Вернувшись на свое место, обвинитель продолжил:

- Кроме того, у меня в качестве доказательства есть данные судебно-медицинской экспертизы последнего пострадавшего больного, из которого следует, что доктор Храпов не задолго до чрезвычайного события, случившегося n-го числа, провел у больного вскрытие черепа. Удалив из коры головного мозга часть клеток, он пытался внедрить туда самодельный электронный прибор. В результате его действий больной, выйдя из под контроля, стал агрессивным и опасным, убив в состоянии полной невменяемости, пять человек! Кроме этого у меня есть свидетели, которые готовы подтвердить, что доктор Храпов занимался проведением незаконных опытов.

- Слово предоставляется свидетелю, - вновь проскрипел судья.
На сцену вышел уцелевший санитар. Это был молодой высокий и плечистый парень.
Обвинитель обратился к нему с вопросом:

- Скажите, вы дежурили в ночь с 14 по 15 сентября?

«Маф-1» Новиков. А. П.
- Да.
- Расскажите, что во время вашего дежурства делал доктор Храпов с сестрой Малышевой?

- Я не знаю, что он там делал, но только знаю, что он не раз добровольно оставался в ночное дежурство.

- В ночное дежурство он всегда оставался с сестрой Малышевой?
- В основном, да. Насколько я помню, они всегда дежурили вдвоем.
- Вы видели, как они уводили больных в процедурную?
- Да, видел, но я не знал, чем они там занимаются. Я предполагал, что это какие-то лечебные мероприятия.

- Как часто они находились в процедурной и уводили туда больных?
- Почти во все свои дежурства, совпадающие с дежурством Храпова, я замечал, что он находится в процедурной.

- При этом туда же уводился больной?
- Да.
- Хорошо. Теперь расскажите о том, что произошло в ночь с 14 на 15 сентября.
Санитар в более сжатой форме, но тем не менее эмоционально и с волнением рассказал обо всем, что описывалось в предыдущей главе, упустив при этом, естественно то, чем занимались санитары накануне происшествия.

- Спасибо, вы свободны, - отпустил свидетеля обвинитель. – Кроме этого свидетеля у меня есть еще несколько человек, готовых подтвердить, что доктор Храпов и сестра Малышева часто сами по своей инициативе подменяли своих коллег, при этом ничего за это не требуя. Это подтверждает и заведующий психодеспансера товарищ Лушников. Разрешите его пригласить?

Судья кивнул в знак согласия.
На сцену семенящей походкой вышел маленький круглый человечек. Его лицо и лысина были красными от волнения.

«Маф-1» Новиков. А. П.
- Товарищ Лушников, вы подтверждаете свои ранее данные показания о том, что доктор Храпов и сестра Малышева часто сами напрашивались на ночное дежурство?
- Да, - тяжело выдохнул заведующий и вытер носовым платком шею. – Но вместе с тем я ничего не знал о том, что делает доктор Храпов, и объяснял все это чисто служебным рвением.

- А вы не замечали, что в процедурной находились инструменты, не свойственные такому учреждению, как ваше?

- Нет. Ничего не замечал. Я думаю, что доктор Храпов их прятал или уносил с собой.
- Хорошо. Вы свободны.

У меня есть протокол осмотра места происшествия, - при этом обвинитель вновь открыл свою черную папку и положил ее на судейский стол, а затем, вернувшись на свое место, продолжил. – Из этого документа следует, что на месте преступления было обнаружено множество бывших в употреблении хирургических инструментов: скальпель, ножницы и т.д. При этом на них были обнаружены следы крови потерпевшего больного. При предъявлении этих инструментов обвиняемому Храпову, он признал, что данные инструменты принадлежат ему. Так же он подтвердил и то, что ему принадлежат и неизвестное электронное устройство, и чемодан, в котором он прятал все эти инструменты. Обвиняемый признал то, что он ставил опыты над больными, одержимый идеей сделать из них послушных, как он выразился, «биороботов». На этом у меня все. Исходя из всех ранее приведенных фактов изуверского использования своего положения, я требую для доктора Храпова исключительной меры наказания, а для его пособницы – десять лет строгого режима.

После такой продолжительной и аргументированной речи обвинителя слово было предоставлено защите. Защиту представлял высокий сухощавый человек с лисьим лицом. Он повел защиту, опираясь на различные характеристики из обширной биографии доктора Храпова. Все они характеризовали Храпова как безупречно

«Маф-1» Новиков. А. П.
честного, трудолюбивого и талантливого человека, идеологически подкованного и, вообще, вполне положительного. Такая же характеристика была и на сестру Малышеву. Кроме того, он в качестве доказательства необычайной одаренности Храпова предъявил суду два принадлежащих ему диплома. Из них следовало, что Храпов с отличием окончил медицинский институт и уже в более зрелые годы окончил механический институт по специальности инженер-электронщик. При этом он привел показания свидетелей, характеризующие Храпова только с положительной стороны. В заключении же адвокат с пафосом сказал:

- Имеем ли мы право, столь строго наказывать человека, чьи знания и опыт столь обширны, чьи характеристики на протяжении его почти тридцатилетней трудовой деятельности со всех сторон положительны. Кроме того, куда, в конце концов, смотрели трудовой коллектив и общественные организации, членом которых длительное время был товарищ Храпов. Почему они вовремя не удержали его от столь рокового шага? Я считаю, что, учитывая все это, а так же преклонный возраст моего подзащитного и состояние его здоровья, необходимо дать им минимальный срок: доктору Храпову – пять лет общего режима, а сестре Малышевой – три года.

После столь неожиданного окончания речи по залу прокатился гул возмущения. Строгим стуком молоточка по столу судья восстановил в зале порядок. После этого слово было предоставлено подсудимым. Первому предстояло выступить доктору Храпову.
Он, медленно встав со своего места, поправил очки. Переминаясь с ноги на ногу, медленно вытягивая слова, он говорил, что все его действия вовсе не преследовали какие-то корыстные цели, а были направлены во имя торжества науки. А то, что он приступил к незаконным опытам, это результат невозможности научных экспериментов. Все его действия носили высокую цель возвышения советской науки. Поэтому он надеется, что суд учтет и примет во внимание его преклонный возраст и слабое здоровье.

«Маф-1» Новиков. А. П.
После Храпова слово было предоставлено медсестре Малышевой. Все это время, сидевшая в прямой и словно окаменевшей позе, она словно очнулась от шока. Быстро вскочив со своего места, она истерическим голосом заговорила.

- Я не виновата ни в чем, это он заставил меня ему ассистировать! Пользуясь тем, что я однажды оступилась, он провоцировал меня на эти действия. Прошу суд учесть мое чистосердечное признание, - закончила она свою речь уже со слезами, и, растирая слезы с краской и пудрой, уселась на место.

После последнего слова подсудимых судья объявил перерыв, и суд удалился на совещание. Приглашенные, кто – в зале, кто – в курилке, время перерыва использовали для обмена впечатлениями и строили догадки о сроке наказания.
По окончании перерыва, который был не очень долгим, зачитали приговор суда. Суд определил меру наказания Храпову – 10 лет строгого режима, а Малышевой – 8 лет исправительно-трудовых лагерей общего режима. На этом заседание суда закончилось. Подсудимых под стражей вывели из зала и, посадив в стоящий неподалеку «воронок», увезли. Приглашенные, отбиваясь от расспросов любопытных, потянулись к ожидавшему их автобусу.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Батя.

Одним из июльских вечеров к престижнейшему ресторану города подъехала целая вереница легковых машин, состоящая из шикарных Волг и Жигулей. В центре этой кавалькады находилась черная Волга с затемненными стеклами. Когда они подъехали к ресторану и остановились, из машин почти мгновенно высыпали несколько человек. Они как по команде разбежались в разные стороны. Трое из них забежали внутрь ресторана, а остальные помчались на близлежащие от ресторана улицы.

В это время из черной Волги вылез здоровенный мордоворот. Оперевшись на открытую дверцу машины, он устремил свой ничего не выражающий взгляд в сторону ресторана. Через некоторое время с разных сторон по одному к ресторану стали возвращаться некоторые представители этого шустрого племени и, делая громиле знак пальцами в форме буквы «о», возвращались на исходную позицию. Приняв со всех сторон соответствующие знаки, громила повелительно махнул рукой. Тогда из открытых дверей стоящих в ряд машин вышли еще несколько крепких и сильных мужчин и заняли ключевые позиции при входе в ресторан и внутри его.

Только после этого из центральной Волги, не спеша, вышли трое представительных мужчин. В центре этой тройки находился седовласый, пожилой, но крепкий мужчина с бриллиантовой заколкой на галстуке и золотой печаткой на правой руке. Тройка, не спеша, отправилась к ресторану.

При входе с угодливой улыбкой их уже ждал услужливый швейцар, который, поклонившись, предусмотрительно открыл дверь перед важной делегацией. По всей этой предварительной церемонии можно было подумать, что выше названное заведение посетил крупный правительственный чиновник. Но, на самом деле, то был глава одной из крупнейших мафиозных группировок города, которая держала под контролем более чем его половину. Его кличка была «Батя».

Войдя в ресторан, тройка, ни на кого не обращая внимания, устремилась в один из номеров для обслуживания особо респектабельных клиентов. Повсюду на их пути от входа в ресторан уже стояли крепкие молодчики. Как только трое вошли в кабинет, так сразу же засуетились официанты. Из своего кабинета выскочил заведующий, и, сам поднявшись в номер, где расположились трое человек, поспешил узнать, что будет угодно посетителям. Когда он вышел, то немедленно стал отдавать официантам распоряжения, и те один за другим начали носить в номер различные блюда и напитки.

Через некоторое время с другой стороны города прибыла еще одна вереница машин, и вновь вся сцена, предшествующая появлению первой тройки, повторилась с точностью до деталей. Наряду с уже расставленными постами, появились новые, состоящие из не менее крепких парней. Только из импортной машины в сопровождении двух телохранителей вышел один человек. Это был коренастый и сильный мужчина лет сорока пяти с косым шрамом на лице. Он был одет в шикарный серый костюм, что в сочетании с сильным волевым подбородком и хищным взглядом из под густых черных бровей, придавало всему его облику зловещий вид. Это был глава одной из недавно появившихся, но уже стремительно набирающей силу группировки, некто по кличке «Шрам».

Куря гигантскую сигару, Шрам устремился прямо к тому номеру, где уже разместилась приехавшая ранее тройка. Не выпуская сигару изо рта, он бесцеремонно толкнул дверь и вошел в кабинет. Там за накрытым столиком сидели, уютно расположившись, в удобных креслах трое прибывших ранее. Сидящий в центре Батя, оторвавшись от блюда с закуской, поднял свои бесцветные пустые глаза на вошедшего Шрама.

- Задерживаетесь, господин Шрам. Мы уж тут по стопочке без вас пропустили. Милости просим к нашему столу, - кивнув на пустое кресло, стоящее напротив, сказал Батя.

Шрам молча выпустил струю дыма, оскалив при этом свои золотые зубы, и, сделав решительный шаг, крепкой рукой с шумом отодвинул кресло от стола, плюхнулся на него и развалился в непринужденной позе. Вынув изо рта сигару и бесцеремонно стряхнув на пышный ковер пепел, он густым и сильным голосом спросил:

- Зачем позвал, Батя?

- Может, выпьешь с дороги, а потом, о деле? – кивнув на графин с темно-красной жидкостью, спросил Батя.

- Обойдусь. Не тяни, давай сразу к делу.

- Ну что ж, раз ты торопишься, поговорим о деле, - отложив в сторону вилку и выпрямившись, с издевкой в голосе проговорил Батя. – Я хотел тебя спросить, почему ты вторгаешься в мой район? Почему твои ребята покалечили моих ребят? Тебе что, мало Ужихи?

- Мало, я хочу половину города.
При этих словах Батя удивленно вскинул брови:
- Ого! Не много ли ты хочешь? Ты знаешь, что я намного выше тебя и давно контролирую эту территорию.

- Ты взял слишком много. Для тебя это через чур большой пирог. Пора поделиться, - бесцеремонно проговорил Шрам.

При этих словах глаза у Бати возмущенно засверкали. Неожиданно он со всей силы стукнул по столу. Посуда зазвенела, опрокинулось несколько стопок.
- Ты выскочка! Вышел из грязи в князи и еще этим не довольствуешься! Тебе не довольно того, что с тобой разговаривают, как с равным, захотелось большего? А этого ты не хочешь? – при этих словах он вытянул в сторону Шрама выразительную «дулю». – Неприятностей захотел?

Все это время Шрам с невозмутимым видом сидел, покуривая сигару. Выждав паузу, он шагнул к столику и, молча, с силой вдавил свою сигару в одно из стоящих в центре стола блюдо. Выпрямившись и окинув взглядов сидящих, он сказал:

- Что ж, не хочешь отдавать добровольно, сами отберем, - и, повернувшись, зашагал к выходу.

- Кишка тонка! – прокричал ему вслед Батя.
Дождавшись выхода своего босса, следом за Шрамом вышли его молчаливые телохранители.

В кабинете установилась напряженная тишина.
- Послушай, «Сухарь», насколько сильна группировка у Шрама? – нарушив, наконец, молчание, обратился Батя к одному из своих помощников.

- По моим данным, его группировка в последнее время значительно окрепла. К нему примкнуло множество мелких банд, некоторых он сам подмял под себя. У него много бывших спортсменов. Я думаю, что по силе он почти дорос до нас. Война с ним будет нелегкой.

- Ну что ж, будем принимать по отношению к нему крутые меры, - в раздумье проговорил Батя и со злостью добавил, - козел! Весь ужин испортил!– при этом, встав из за стола. Двое других последовали за ним. Поднявшись, они последовали к выходу.

К большому кирпичному двухэтажному особняку, утопающему в зелени и цветах, подъехали в полдень темные Жигули. Остановившись возле декоративных створок ворот, сидящий за баранкой Жигулей подал длинный сигнал. На этот звук откуда-то из глубины сада тяжелой косолапой походкой вышел здоровенный увалень, одетый в спортивный костюм.

- Кто там еще!? – прильнув к решетке, громко спросил подошедший.
Водитель высунул голову через открытое окно своей боковой дверцы.
- Здорово, Медведь! Что, не узнал? Давай, открывай!
- А-а, никак сам «Лапа» пожаловал к нам в гости, - узнав водителя, проговорил Медведь и тут же, не задерживая, распахнул ворота.

Жигули проехали к особняку по дорожке, усаженной по бокам кустами роз и другими цветами и, выехав на площадку перед домом, остановились. Из машины вышел высокий рыжеволосый человек в темных зеркальных очках и джинсовом костюме. Не ожидая приглашения, он стал подниматься по ступенькам, ведущим в дом. Навстречу ему вышел высокий парень в темном костюме.

- Здорово, Хвыщ! Хозяин дома? – поздоровавшись, задал вопрос гость.

- Сидит в гостиной, - пропуская его, ответил Хвыщ.

Уверенной походкой человека, не раз бывавшего в этом доме, гость прошел в гостиную. Хозяин дома – небезызвестный Батя – в домашнем халате и тапочках сидел, развалившись в кресле, возле журнального столика и просматривал газеты. Оторвавшись от чтения при звуке отворившейся двери, он, увидев вошедшего, сразу же отбросил газету и приподнялся с кресла.

- О-о, кто к нам пожаловал! Какие гости! – раскрыв объятия, воскликнул он.
Гость, устремившись навстречу, обнял хозяина.
- Здорово, Батя.

Пожимая друг другу руки и хлопая по спине, они расположились в креслах, стоящих напротив. Тут же вновь появился Хвыщ.
- Хвыщ, принеси-ка нам чего-нибудь выпить.
Хвыщ, повернувшись, вышел.
- Ну, как? Наверно, устал с дороги, - приступил к расспросам хозяин.
- Да, что ты, Батя. Ты ведь меня знаешь.
- А-а, все такой же шустрый.
- А как же, нам иначе нельзя.
- Ну, как там у тебя в провинции дела?
- Да, как сказать, есть определенные проблемы. Опер через чур честный появился, проходу не дает.

- Ну что, такой уж и неподкупный?
- Вот именно. Я к тебе за этим и приехал, может, ты через свои связи поможешь мне его усмирить.

- Ну, что ж, для старых друзей я всегда готов, чем могу пособить. Оставишь мне его данные, а мы потом посмотрим, что можно сделать.

В это время с подносом в руках появился Хвыщ. Он выставил на стол бутылку коньяка, пару стопок и тарелку с аккуратно нарезанными огурцами.

- А вот и выпивка с закуской, - хлопнул в ладоши хозяин.- Наливай, не стесняйся.
Гость, молча, открыв бутылку и разлив коньяк, поднял свою стопку.
- Ну, твое здоровье, Батя.
Чокнувшись, они выпили и закусили.
- Ах, хорош коньячок, - довольно крякнул гость и, прожевав огурец, проговорил:
- А я слышал, Батя, что и у тебя появились проблемы.
Хозяин поморщился, как от зубной боли.

- Да, появился тут один выскочка. Предъявил свои права на половину города.
- Ого! Видно, серьезный фраер.
- Да, придется с ним повозиться, людей у него много, да и связи кое-какие есть.
- Но я то думаю, что он все равно не справится с тобой. Ты же настоящий авторитет. Думаю, что ты его скоро заткнешь.
- Постараюсь. Ну, что, наливай еще по маленькой, - тут же предложил хозяин, переводя разговор на другую тему.
- А я не возражаю! – живо схватив бутылку, весело проговорил Лапа. Не чокаясь, они выпили по второй.
- Ну, что у вас еще нового в городе творится? – закусывая, спросил Батя.
- Да, было у нас в городе веселое дельце, может, слышал.
- Нет.
- Врача одного судили, опыты над больными ставил.
- Вот как! – оживился хозяин, - Ну-ка расскажи про эти опыты.
- Да, видишь, тот врач загорелся, видимо, идеей сделать из людей послушных своей воле роботов. И, чтобы это осуществить, стал использовать в качестве подопытных кроликов, местных психов. Но после одного его такого опыта безобидный и слабый старикашка шизофреник превратился в супер – боевика. Представляешь, голыми руками задавил двух санитаров враз и еще трех или четырех психов. Менты все обоймы выпустили, чтобы его уложить.

Батя с возросшим вниманием слушал этот рассказ:
- Ну, и что дали этому доктору?
- Десять строгого.
- А неизвестно, как далеко продвинулся в своих опытах докторишка?
- Нет. Про то неизвестно.
- Это все интересно, - поглаживая лоб, задумчиво пробормотал хозяин.
- Ну, что, Батя, может, еще пропустим по маленькой, - предложим повеселевший гость.

- Нет, я больше не буду. У меня уже возраст не тот, беречься надо, а ты наливай, не стесняйся.

Гость не заставил себя долго уговаривать. Крякнув, он разом заглотнул содержимое рюмки и с аппетитом вновь набросился на огурцы.
- Послушай, Лапа, можешь ли ты мне оказать услугу?
- О чем речь, Батя, я у тебя в долгу.
- Можешь ли ты через своих людей найти этого врача?
- Ну, если постараться, то смогу.
- Пусть кто-нибудь из твоих людей найдет мне этого доктора, вотрется ему в доверие и выведает все о его опытах. И пусть этот человек мне все передаст.
- Добро, Батя. Будет сделано.
- Вот и хорошо. А я тебе с твоим опером помогу, - хлопая по плечу гостя, заверил хозяин.

К большому серому зданию подъехал синий жигуленок. Подъехав к спецстоянке, водитель показал свое удостоверение патрульным. Когда Манина припарковалась, из нее вышел высокий широкоплечий мужчина в темно сером плаще. Прихватив из машины черную папку, мужчина быстрым шагом направился к парадному входу.
«Комитет Государственной Безопасности СССР» возвещала большая табличка над входом в здание, и именно туда проследовал человек с военной выправкой, несший в руке черную папку. Уже через некоторое время тот же человек быстрым шагом шел по коридору, но только без плаща. Остановившись около массивных дверей, он вошел в просторный кабинет, где за большим столом сидел круглолицый офицер. Подойдя к нему, вошедший предъявил свое удостоверение.

- У меня на это время назначена встреча с генералом.
- Подождите не много, я о вас доложу, - ответил офицер, жестом указав на расставленные вдоль стены стулья. Человек с папкой кивнул в знак согласия и, молча уселся на один из стульев. Ему пришлось ждать довольно долго, прежде чем дежурный офицер пригласил его пройти к генералу.

В просторном кабинете за массивным столом, к которому примыкал еще один стол для проведения совещаний сидел коренастый седовласый генерал. За его широкой спиной над головой висел портрет Дзержинского. Оторвавшись от бумаг на своем столе, генерал взглянул на вытянувшегося в струнку вошедшего.

- Ну, что у вас, майор, докладывайте, - привычным повелевать голосом проговорил он.
- Товарищ генерал, осенью прошлого года в городе Ухтарске был арестован некий врач, проводивший незаконные опыты над больными. Этот врач задался целью сделать биоробота на базе человека. Из материалов следствия установлено, что в результате его опытов заурядные в физическом отношении больные начинали обладать феноменальной физической силой, не присущей ни одному человеку. Вот в этой папке находятся материалы следствия, - закончил свой рапорт посетитель и сделал движение, чтобы раскрыть папку, но генерал жестом остановил его. Он молча поднялся со своего места и стал расхаживать по кабинету.

- Послушайте, майор, может быть, то что вы там накопали, и интересно…, - генерал сделал паузу, вновь пройдя по кабинету,- но только не ко времени все это. Вы посмотрите, Воронцов, что в стране делается. Чем обернется объявленная Горбачевым перестройка? Лоб в лоб схлестнулись две политические силы в лице Горбачева и Ельцина. Кто из них кого столкнет, на кого нам сейчас делать ставку – вот наиглавнейший вопрос текущего времени. А вы какого-то доктора суете. Так что, приказываю вам это дело оставить и заниматься тем, что предписано вам на последнем совещании, - остановившись напротив майора, закончил генерал. – А сейчас, вы свободны.

- Есть, товарищ генерал! – ответил майор и, резко повернувшись, едва ли не строевым шагом вышел из кабинета.

«Маф-1» Новиков. А. П.

В лагере.

Тяжелое свинцовое небо нависло над головой. Промозглый ветер обрывал последние посеревшие от холода и дождя листья с деревьев, шевелил пожухлую траву. Лес, плотной стеной обступивший лагерную лесопилку, стоял посеревший и мрачный. За ним во мгле виднелись пологие Уральские горы. Октябрь на Северном Урале выдался холодный, с частыми дождями, переходящими в снег.

Зеки, одетые во все черное, работали на распиловке. Одни из них вручную укладывали в стопки бревна, чтобы автопогрузчик мог удобно захватить готовую стопку и положить на платформу лесопилки. Другие крюками подавали бревна под жужжащие центрифуги пил. Третьи перебирали и оттаскивали готовые доски. Шум работающей лесопилки заглушал голоса.

Сутуловатый, сухощавый, небольшого роста зек, одетый в черную шапку, фуфайку и штаны, выбрав свободную минуту, сложил чашечкой грязные руки, стал дуть на них и растирать замерзшие пальцы. Он только что перетащил и уложил в стопку очередную партию распиленных досок.

- Эй, «доктор», ты что там замешкался? – окликнул его молодой круглолицый зек.
Гревший руки при этом оклике вздрогнул и оглянулся. Еще больше ссутулившись, он подошел к новой партии распиленных досок и, взяв несколько штук в охапку, поплелся к штабелям.

- Поживей, «доктор», это тебе не эксперименты ставить! Работать надо! – вновь послышался повелительный крик.

- А ты не больно то шуми! Видишь, у человека даже рабочих рукавиц нет,- неожиданно вступился за «доктора» высокий и скуластый парень и неспешной походкой подошел к бросившему охапку досок старику.
- Покури, отец, не бойся, - доставая пачку сигарет и глянув рысьими раскосыми глазами, предложил незнакомец.

- Не-е, я не курю, - как бы защищаясь, с виноватой улыбкой отказался «доктор»
- Ну что ж, правильно и делаешь, старик. Здоровье беречь надо. А я покурю, - сказал он, прикуривая сигарету. – Да ты не суетись, старик, - удержал он за рукав фуфайки, пошедшего было работать «доктора». – Посиди со мной на пару, отдохни. А этих, - презрительно кивнув при этом на работающих, - не бойся. И он бесцеремонно уселся на стопку досок.

«Доктор», нерешительно потолкавшись, уселся рядом и, вновь сложив руки, стал их растирать.

- Что, замерз? – участливо спросил незнакомец. – А где же твои рукавицы?
- «Брынза» забрал.

- Держи мои, - он достал из кармана новенькие и еще жесткие рабочие рукавицы и подал ему.

- А как же вы? – недоуменно глядя на незнакомца, проговорил «доктор».
- Держи, держи. А я себе другие найду, - повелительно заверил тот.
«Доктор» опасливо взял неожиданный подарок и сунул туда свои озябшие руки.
- В лагере давно?
- Шесть месяцев.
- А сколько мотать?
- Десять лет.
- Не хило. А сам то откуда?
- С Кировской области.
- Да ну! – неожиданно оживился незнакомец. – Выходит, земляк! А с какого города?
«Доктор» назвал город.
- Вот как, - оскалил крепкие зубы в довольной улыбке незнакомец, - почти соседи. А за что ты сидишь?
- Да, так… - замялся «доктор».
- Да, не стесняйся, «зема». Тут все не безгрешные.
- За эксперименты.
- За какие это эксперименты?
- Над больными экспериментировал, - потупив взгляд, ответил «доктор».
- Вот как! Ну и что же ты хотел достигнуть своими экспериментами?
- Пытался сделать биоробота.
- Биоробота, говоришь. И как далеко ты продвинулся?
- Еще бы с полгода - год, и я смог бы этого добиться.
- Да ты просто талантливый мужик, - докуривая сигарету, проговорил незнакомец. Затем он ее затоптал и спросил: - Где найти - то тебя можно?
- В четвертом бараке.

- Ну, ладно, зема, - вставая, проговорил незнакомец, - может, еще встретимся. А если зажимать будут, ко мне обращайся, я в первом обитаю. Спроси «монгола», если что. – И уже развернувшись, он на ходу бросил короткое: - пока.
«доктор» то же встал и поплелся к лесопилке.

Нелегкими были первые месяцы отбывания срока для доктора Храпова. Как только в лагере узнали, за что он получил срок, а это произошло буквально на следующий день, над ним начали издеваться. Ему сразу же дали кличку «доктор», а авторитет их «Холеный» на следующий же день пребывания в лагере избил его. Уже беспомощного, он приподнял его за грудки к себе вплотную и сквозь зубы проговорил:

- Эксперименты, говоришь, ставил, паскуда! Ну, теперь мы над тобой поэкспериментируем, - и, резко оттолкнув его от себя, со зловещей улыбкой добавил: - поставим эксперимент, насколько тебя здесь хватит.

После этого жизнь в лагере для доктора превратилась в сущий ад. То ему в пайку с едой кто-то махорки насыплет. А то кто-нибудь прямо за столом в чашку с супом плюнет. По ночам ему стали устраивать «велосипед», а все понравившиеся вещи и посылки бесцеремонно отбирали. На работе ему то же не давали ни минуты покоя. За этим пристально следил работавший с ним в одной бригаде «Брынза». Уже через месяц Храпов осунулся и ссутулился, почти перестал ухаживать за собой, стал нервным и пугливым.
Неожиданное появление в лагере «Монгола», как ни странно, несколько облегчило положение доктора в лагере. После первого их разговора «Монгол» часто приходил навестить доктора то на работе, то прямо в бараке.

«Монгол» всегда выглядел чистым и холеным. Он всегда ходил твердой, уверенной походкой независимого ни от кого человека. В лагере его уважали.
Заметив однажды, что доктор практически не ухаживает за собой, он дружески посоветовал побриться и помыться, запросто отдав ему при этом безопасную бритву, зеркальце и душисто пахнущий кусок мыла. Храпов последовал его совету, и, как ни странно, никто у него ничего из подаренного «Монголом» не отобрал. Впрочем, перестали отбирать и другие вещи.

Через месяц с небольшим после их первого разговора «Монгол» неожиданно появился в их бараке. Позади него следовали двое носильщиков, несущих его вещи. Ни слова не говоря, «Монгол» сразу же уверенной походкой прошел в привилегированный угол барака, где спал «Холеный» со своими дружками. Поздоровавшись с «Холеным», он угостил его хорошими сигаретами. Затем так же молча, он резким движением сбросил на пол с рядом стоящей кровати постель и, кивнув носильщикам, коротко приказал:

- Стели!
Хозяин скинутой постели, ни слова не сказав, молча забрал свои пожитки, и переселился на другое место.

После переселения «Монгола» жизнь доктора изменилась в лучшую сторону. «Монгол» простер на него свое покровительство, и поэтому никто не мог больше обижать «доктора». Сам же «монгол» относился к нему по дружески, часто расспрашивал о его прошлой жизни, давал дельные советы по поводу поведения в лагере.. Этим он, в конце концов, добился полного расположения и доверия доктора Храпова. Он перестал тушеваться при разговоре с ним и стал более откровенным.

«Монгол» проявлял несомненный интерес к его, как он выражался, «научным опытам». И мало помалу Храпов начал рассказывать ему о своих изысканиях. В один из вечеров, когда «Монгол» усадил его рядом с собой и угостил продуктами из посылки, налив перед этим добрые полстакана разведенного спирта, замаскированного под компот, доктор почти полностью раскрылся. Он вспомнил свое детство и то, как не любил любую физическую работу. И вот тогда, еще в детстве, узнав о роботах, задался мечтой создать такую машину, которая выполняла бы за него любую физическую работу. Под влиянием этой мечты он начал ходить в кружок радио конструирования и таким путем сделал первый шаг на пути к электронике. Но вместо того, чтобы поступить в институт по электротехнике, по настоянию родителей он был вынужден пойти учиться на врача. Здесь, учась на хирургическом отделении, ему в голову и пришла эта блестящая идея превращения человека в робота.

- Понимаете, - вдохновенно говорил Храпов, - чтобы сделать полностью электронного робота, нужно преодолеть множество чисто технических проблем. Это, во-первых, добиться совершенства двигательных процессов, затем – питание, а самое главное – создать электронный мозг. Иначе робот будет способен выполнять только простейшие программы. А человек с его готовой двигательной и мыслительной функцией – почти готовая модель. Необходимо только добиться контроля над ним. Для этого надо знать в совершенстве лишь его мозг. Вот потому – то я и перешел с хирургического отделения на отделение невропатологов. Однако я не перестал интересоваться хирургией, вся кий раз посещая их занятия. Я понял, что для установления контроля надо устранить у человека память и волю, вместо этого дав ему другую память и программу. Для осуществления этого мне не хватало знаний по электронике, полученных в детстве. Поэтому я, уже закончив медицинский и работая, поступил заочно в механический институт, чтобы пополнить знания. Работая в психодиспансере, я был практически вне контроля, и вот здесь я и приступил к осуществлению своей мечты.

- Ну и как, далеко тебе удалось продвинуться? – спросил «Монгол», все это время внимательно слушавший доктора.

- О-о, очень далеко. Если бы мне удалось поработать еще с полгода, я бы создал биоробота. Мне удалось найти и воздействовать на такие клетки в коре головного мозга, которые увеличивают силу и реакцию в несколько раз! Я уже вплотную подошел к завершению создания электронного мозга. И тут такой провал, - горестно разведя руками, закончил свою исповедь Храпов.

- Ладно, не переживай, - хлопнул его по плечу «Монгол», - только, знаешь что, никому не рассказывай то, что мне сейчас рассказал.
Храпов кивнул в знак согласия.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Война в городе.

Те, кто был в это время на окраине города в районе старого аэродрома, могли наблюдать такую картину. Несколько десятков автомашин выехали с одного конца города на широкое поле в конце города. Выстроившись в единую длинную цепочку, машины разом затормозили. Тут же с другой стороны города показалась другая вереница машин. Развернувшись примерно в ста метрах от первой колонны, они то же выстроились, образовав собой параллельную линию.

В это время, словно по команде, из прибывшей ранее колонны высыпали на поле несколько десятков молодых парней. Все они были вооружены крепкими палками, цепями, у некоторых в руках сверкали ножи, а у двух, находящихся впереди, красовались в руках пистолеты.

Как только эта вооруженная в основном холодным оружием толпа двинулась к соседней колонне, оттуда разом выскочили около двух десятков парней. Но в руках у многих из них были не цепи и дубинки, а автоматы и пистолеты. Идущая навстречу вооруженная толпа разом остановилась.

- Ребята, у них автоматы! – раздался испуганный крик. И от этого крика строй идущих разом подался назад. Вслед им понеслись автоматные очереди и пистолетные выстрелы. Треск автоматов перемешался с криками и стонами раненых, зазвенели разбитые стекла машин.

Уцелевшие бойцы первой группы, бросая раненых и убитых, спешили покинуть поле битвы. Круто развернувшись, при этом, разбивая соседние машины, несколько машин вырвались из зоны огня и бросились наутек. Среди бойцов победившей группировки раздался командный окрик:

- Все, хватит! По машинам! – и сразу же прекратив стрельбу, победители быстро сели в машины и, не теряя ни минуты, быстро помчались обратно. На поле боя со стороны противника остались несколько разбитых машин и более десятка убитых и раненых. Это был полный разгром.

Этой ночью Батя не спал. Сперва он словно затравленный зверь метался по просторному кабинету, сшибая по пути удобные мягкие стулья. Ярость и бешеная злоба душили его.
Но постепенно ярость и злоба утихли вместе с физической усталостью. Он сел в одно из кресел и начал размышлять. Затем, чтобы приободриться, он прошел в ванну, и там он увидел в зеркале свое собственное отражение. Посеревшее и обмякшее лицо, взъерошенные седые волосы, мешки под глазами. Кроме этого у рубашки была оторвана верхняя пуговица, а галстук болтался как веревка.

- Распустился, как шестерка, - мысленно отметил Батя, пристально разглядывая себя. – А ведь когда-то я особенно следил за собой, не позволяя себе ни на секунду расслабиться, всегда держал себя в руках. Именно поэтому я и стал в преступном мире авторитетом и вором в законе. Нехорошо, – подумал, ощупывая свое лицо ладонью, Батя. – Я должен взять себя в руки. Обдумать ситуацию и вновь стать сильным. – С этими мыслями Батя развязал галстук и снял рубашку. Включив холодную воду, он смело подсунул под нее голову и, фыркая и кряхтя, обмыл шею, плечи и грудь. Затем, взяв полотенце, докрасна растер тело. Почувствовав себя вновь бодрым, он снял с вешалки висевший махровый халат, накинул его на себя и вновь вернулся в кабинет.
Итак, сегодня днем он получил сокрушительный удар от противника, которого он недооценил, которого считал выскочкой. Что ж, пусть это послужит ему хорошим уроком. Но как он воспринял этот удар, как реагировал. В его голове всплыли события прошедшего дня, и он как в кино увидел себя и свои действия со стороны. Как легко и самоуверенно он вел себя, послав на разборку со Шрамом своих ребят, вооруженных по старинке подручными средствами. При этом он отправился в клуб играть в бильярд, уверенный в своей победе.

- Да-а, отстал ты, Батя, от жизни, отстал, - мысленно укорял он себя, расхаживая по кабинету. - А как среагировал он на страшные известия, когда в клуб буквально влетел с перекошенным от ужаса лицом «Щербатый». Как мальчишка! Зачем-то избил «Щербатого», которому итак досталось, начал все вокруг крушить и ломать. И все это в присутствии своих помощников! Позволил себе показать свою слабость. Нет, так больше не годится. Надо хорошенько все обдумать. Найти причину неудачи и наметить пути исправления ошибок.

Он не заснул до самого утра, все думая, то вышагивая из угла в угол, то сидя в кресле с сигарой. Думал, сопоставлял, выискивая ошибки. А когда первые лучи солнца стали проникать через неплотно закрытые жалюзи, он уже наметил план своих основных действий.

Подойдя к окну, он открыл жалюзи, посмотрел на восходящее солнце, затем, вернувшись к письменному столу, выключил настольную лампу, собираясь покинуть кабинет. Но тут его взгляд остановился на письме, которое пришло сегодня. Его внимание привлек обратный адрес «ИТУ и номер». Взяв в руки конверт, он решительно его вскрыл.

Это было письмо Монгола, в котором он подробно отчитывался о проделанной работе с доктором Храповым, в том числе, описывая откровения Храпова по поводу его «научных изысканий». Внимательно прочитав письмо, Батя снова задумался.

- А вот, может быть, еще один шанс и шаг в будущее, - задумчиво проговорил Батя. Достав из кармана свою дорогую зажигалку, он поджег прочитанное письмо и, сунув его в пепельницу, молча дождался, когда оно сгорит. Только после этого он решительно встал из за стола и вышел из кабинета.

В тот же день Батя созвал совещание. На нем он был уже совсем другим человеком: элегантным, сильным и уверенным.

- Сегодня я не спал всю ночь, обдумывая ситуацию, в которой мы оказались, - начал говорить Батя, сложив при этом руки за спину и расхаживая по кабинету. Собравшиеся сидели в различных позах по всей комнате и, молча смотрели на него.

- Признаюсь, я был слишком недальновидным стратегом, недооценил своего противника, не почувствовал произошедшие изменения в жизни. Этот удар послужил мне хорошим уроком. – Продолжая рассказывать, он сделал паузу. – Теперь я признаю, что Шрам оказался намного опаснее, чем я предполагал. Несмотря на то, что он вышел из дерьма, он вовремя почувствовал веяния времени, освоил новые формы бизнеса, сумел сколотить и вооружить хорошо организованную группу. Я думаю, что нам придется временно перед ним отступить. Но, тем не менее, мы сейчас должны как можно быстрее провести внутреннюю рекогносцировку или, как сейчас модно выражаться, перестроиться.
Голос его стал громче, а слова четче:

- Грядут новые времена, а вместе с ними появляются новые формы легального и нелегального бизнеса. Сейчас я даже благодарен за то, что получил этот удар. Это дало мне возможность осознать, что новые времена наступили. Появилась возможность делать деньги не только на наркотиках и обложении данью цеховиков. Появляется возможность вкладывать деньги в легальный бизнес, тем самым, отмывая их. Другие перспективные формы бизнеса – нелегальная торговля оружием и сырьем, кроме этого – рэкет и проституция. Теперь подходит время, когда мы должны активно способствовать проникновению во власть наших людей, чтобы они проводили политику, угодную нам. Перспективы огромны, и мы должны их использовать.– Закончил речь Батя.
Затем он приступил к расспросам «бригадиров» различных групп и глав районов, входящих в его мафиозную группировку, об их делах и тут же давал им различные указания.

По окончании совещания он распорядился по поводу организации похорон погибших и оказанию помощи их семьям и семьям пострадавших.
- Мы не должны допустить, чтобы люди уходили от нас, - сказал он при этом и распустил собрание.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Побег.

В бараке было душно от запаха пота, вони табака и портянок. Тускло горела в дальнем конце дежурная лампочка. За окном бушевала метель, и
от порывов ветра где-то поскрипывала дверь.

А внутри барака раздавались совсем другие звуки. Шум вдыхаемого и выдыхаемого сильными мужскими легкими воздуха перемежался с различными оттенками храпа. Барак, наполненный людьми, спал.

Не спал только Монгол. Вчера через передачу он получил последние инструкции, и вот сегодня он должен действовать. Тихонько приподнявшись с постели, Монгол пристально посмотрел на соседнюю койку, где спал Холеный. Он знал, что тот спит очень чутко. Успокоившись, он тихо встал и легко и бесшумно, с кошачьей ловкостью спустился сверху. Легко маневрируя между ярусами коек, он тихо подошел к койке, где спал доктор. Храпов спал, как ребенок, подложив под голову обе ладони.

- Доктор. – Шепотом позвал Монгол.
Тот не реагировал.

- Доктор, доктор, проснись, - вновь позвал его Монгол.
Неожиданно Храпов резко вздрогнул и полусонно вскрикнул, но стоявший рядом Монгол мгновенно среагировал. Одной рукой он резко обхватил голову доктора, а другой ладонью заткнул ему рот. Таким образом, Храпов, еще не проснувшись, оказался в железных объятиях. Мыча и барахтаясь, он вытаращил испуганные глаза. Монгол, не спеша, наклонил над ним голову.

- Ну, ну, тише. Не узнал что ли? – шепотом успокоил он Храпова.
Тот, окончательно проснувшись, затих. Тогда Монгол осторожно освободил его из своих объятий.

- Разговор у меня есть к тебе тайный, - так же шепотом начал Монгол.
- О чем? – спросил Храпов.
- Завтра я из лагеря бегу.
- Да ты что! – широко раскрыв от изумления рот, воскликнул Храпов. – А вдруг поймают?
- Не поймают. У меня все схвачено. Я предлагаю тебе бежать со мной.
- Не-е, - испуганно замотал головой доктор. - Я не побегу.
- Да ты что, дурак? Тебе же живым отсюда не выйти. Как только меня здесь не будет, тебя сразу же замордуют. Забыл, как тебя гоняли до меня?
- А что же я буду делать там? Без документов. Где прятаться? А если поймают?
- Ты за это не беспокойся. Все будет, как надо. Документы, какие захочешь. Жить будешь лучше, чем жил до этого. Я уже обо всем договорился. Знаешь, какие у меня связи? Черта с два, кто тебя найдет. Кроме того, ты сможешь продолжить свои опыты. Это я тебе обещаю.

Доктор молчал, терзаясь от страха и искушения.
- Ну, решайся! Я даю тебе шанс выжить, как ты не понимаешь? Здесь тебе хана!
Видимо, последние слова возымели действие.
- Хорошо, согласен. Что я должен делать? – спросил Храпов.
- Ничего. Я обо всем позаботился. Завтра мы оба попадем на погрузку вагонов. Держись все время поближе ко мне. И запомни номер вагона: 25 752. Запомнил? Повтори.
Храпов повторил.

- Как только увидишь этот вагон, держись около него, а я тебе подам сигнал. Понял?
- Понял, - ответил Храпов.
- Ну, все. Я пошел, – прошептал Монгол и так же тихо и бесшумно вернулся на свое место.

На следующий день после утренней проверки и развода Храпов и Монгол, действительно, попали на погрузку вагонов. Станция, где осуществлялась погрузка деловой древесины, находилась в трех километрах от лагеря. Кроме зэков там работали и вольнонаемные рабочие на кранах и автопогрузчиках.

Еще только занималось холодное морозное утро, когда зэки прибыли на станцию. В небе стояла тяжелая морозная дымка. Зэки приступили к работе.

Монгол и доктор были определены в бригаду стропальщиков. Их работа заключалась в том, чтобы протянуть под очередной охапкой досок плетеный трос, а затем накинуть на крюк крана сделанные по краям троса петли. После чего, работающий на кране вольнонаемный, поднимал и опускал охапки досок в вагон, где двое из бригады принимали доски и расцепляли трос.

Монгол, который до этого никогда не работал, в этот раз принимал активное участие в труде. Так они проработали почти до обеда и к этому времени уже почти заканчивали погрузку состава. Оставалось загрузить последний вагон. Доктор настолько увлекся работой, что из его головы практически выскочило ночное предупреждение Монгола. К их платформе подтянули очередную партию вагонов, и тут Храпов почувствовал на себе его взгляд. Доктор посмотрел на него, а ожидавший этого Монгол, быстро показал глазами на вагон. Ничего не понявший Храпов инстинктивно перевел взгляд на вагон, и тут он увидел его номер. Это был номер 25 752. Только сейчас, увидев знакомый номер, Храпов вспомнил ночной разговор с Монголом и его предупреждение. От этого холодок пробежал по его спине, а сердце сжалось от страха. Он вопросительно посмотрел на Монгола, тот коротко кивнул на вагон. Храпов перевел взгляд на работающих с ними зэков, но те не обращали на них никакого внимания. Только тогда Храпов на негнущихся ногах стал карабкаться на вагон. Но тело его, скованное страхом, не слушалось, и он никак не мог забраться на сцепку вагона. Вдруг он почувствовал, как сильные руки буквально подхватили его и поставили на сцепку. И тут же пружинистое ловкое тело прыгнуло рядом и, вновь подхватив его сзади, быстро подбросило его к краю. Железного борта. Храпов инстинктивно ухватился за край. Не понимая, как он это сделал, Храпов плюхнулся в вагон.

Вагон оказался уже чуть ли не на половину заполненным досками. По краям почти ровно доски лежали во всю длину вагона, а по середине – на полтора метра короче. В результате этого, с краю образовалась незаполненная ниша.

Не успел еще доктор подняться на ноги, как сильная рука схватила его за шиворот и, быстро подтащив к этой нише, кинула на дно. Упав на дно, Храпов услышал, как кто-то прыгнул рядом. Приподнявшись и оглянувшись, он увидел Монгола.

- Замри и не вставай! – жестко скомандовал Монгол, пронизывая Храпова холодным взглядом. Храпов невольно сжался.

Раздался шум работающего крана, и гигантская тень заслонила небо над головой. Доктор посмотрел вверх и увидел над собой огромную, слегка раскачивающуюся охапку досок, медленно опускающуюся сверху. Храпову на мгновение показалось, что она вот-вот рухнет и раздавит его, и от ожидания этого он оцепенел и прижался к краю ниши. Но доски, медленно опустившись, лишь полностью погребли их под собой, почти полностью лишив дневного света. Лишь несколько струек света пробивались через узкие щели в торцевой железной стенке вагона.

На несколько секунд, когда доски , легшие сверху, закрыли свет, Храпову показалось, что стало труднее дышать, и он чуть было не начал кричать. Но словно почувствовав его страх, Монгол спокойным голосом сказал:

- Спокойно, доктор. Все в порядке. Мы находимся в нашем купе. – И он, подвинувшись ближе, похлопал его по плечу

Итак, Монгол и Храпов оказались в надежном глухом укрытии, скрытые от глаз многотонной толщей досок. В небольшом, сделанном специально для них укрытии, была предусмотрительно кем-то оставлена сумка с продуктами и старый, но теплый овчинный тулуп. Таким образом, они хоть и не в царских условиях, но все - таки могли прожить, по словам Монгола, около недели. Именно столько им необходимо было продержаться до раскупорки их тайника.

Почти в полной темноте, зажигая оставленную кем-то свечу лишь в случае крайней необходимости, они, потеряв счет времени и имея возможность наблюдать смену дня и ночи только по узкой щели вагона, ехали к неведомой им цели.

Примерно на четвертые или пятые сутки они проснулись от грохота сталкивающихся вагонов. Состав под предупредительные гудки тепловоза то трогался с места и набирал скорость, то резко тормозил. Наконец, их вагон окончательно замер. По звукам работающих кранов и крикам грузчиков они поняли, что прибыли к конечному пункту следования их вагона. Вскоре шум и крики раздались над их головой. Доски над ними заскрипели, вагон задрожал от стука поднимаемых и задевающих борта охапок. Сверху посыпались пыль и опилки.

И вот начал пробиваться дневной свет, а чьи-то ловкие руки протянули над ними трос. Шум работающего крана смешался с шумом лебедок и трением досок. Крыша над их головами приподнялась, и тут же яркий солнечный свет ослепил глаза, привыкшие к полной темноте.

- Здорово, кроты! Живые али нет? Вылезайте! – раздался откуда-то сверху насмешливый голос.

Моргая от яркого света, Монгол с доктором впервые за несколько суток встали во весь рост. Тут же к ним подскочили двое парней и помогли выбраться наружу. Освободившись из своей «тюрьмы» и перебравшись по штабелям досок на погрузочную площадку, они в сопровождении двух грузчиков подошли к стоящей рядом темной иномарке. Тут же перед ними открылась дверца, и высокий рыжеватый парень кивком головы пригласил их в машину, освобождая при этом место.

- Здорово, Лапа! – поздоровался Монгол.

- Привет, Монгол! С приездом, что ли? – протягивая руку, ответил на приветствие встречающий и тут же повелительно махнул рукой шоферу. – Трогай.

Машина, объехав пристанционные строения, выехала в город. Всю дорогу Лапа расспрашивал монгола об его житье в лагере и о подробностях побега. При этом Лапа проявлял интерес не столько к способу и технике побега, о которой он, несомненно, все знал, сколько интересовался теми или иными реальными подробностями. Монгол охотно рассказывал ему все, шутливо описывая наиболее интересные эпизоды.
Скоро машина выехала за город, и Монгол, посмотрев в окно, спросил:

- Куда едем?
- На загородную дачу к Бате, - ответил Лапа.
И вот машина остановилась перед уже знакомыми воротами въезда в особняк Бати. Так же, как и когда-то летом, на сигнал из глубины сада появился своей косолапой походкой «Медведь» и сразу же открыл ворота, пропуская машину во двор. Но только теперь вдоль дороги стояли покрытые снегом деревья, и, почти невидные из сугробов, едва торчали кусты. Лишь дорожка, ведущая к дому, была аккуратно очищена и подметена.
На ступеньках их уже поджидал Хвыщ. Словно вымуштрованный лакей он поспешил открыть перед гостями дверь, пропуская их в просторную прихожую, и помог снять верхнюю одежду. В холле, возле горящего камина их уже ждал хозяин дома.

- А-а, вот и долгожданные гости, - приподнявшись с кресла, с радушной улыбкой встретил их Батя. – Ну, как дорога? Не замерзли? Он поздоровался со всеми и пытливо взглянул на Храпова.

- Нет, ничего, - смутившись от проявленного к нему интереса, ответил Храпов.
- Ну, что ж, я думаю, что после дороги хороший ужин все-таки не помешает. Хвыщ, у нас все готово к приему гостей?
Хвыщ молча кивнул.
- Ну, что ж, милости прошу, - пригласил гостей Батя.
Весь ужин Батя играл роль радушного и гостеприимного хозяина. Расспрашивая о подробностях побега и лагерном житье, он не забывал потчевать гостей. И лишь тогда, когда гости полностью насытились и расслабились, он неожиданно объявил, что приглашает Храпова к себе в кабинет.

Доктор, молча, последовал за хозяином на второй этаж. Войдя в просторный полутемный кабинет, Батя включил свет и, подойдя к окну, прикрыл жалюзи. Храпов в это время в нерешительности остановился у порога. Хозяин молча уселся в глубокое тяжелое кресло за массивным письменным столом и жестом указал Храпову на кресло, стоящее напротив. Дождавшись, когда Храпов займет свое место, Батя начал разговор:

- Я думаю, что вы понимаете, что оказались здесь не за красивые глазки?
- Да, я безмерно вам благодарен, но, признаться, не пойму суть вашего вопроса, - зачем-то поправляя на носу очки, озадаченно спросил Храпов.

- Суть моего вопроса проста. Она заключается в том, что если бы не мы и не наша помощь, вы бы сейчас гнили в тюрьме. А благодаря нам вы сейчас находитесь на свободе.
- Я очень признателен, но чем я могу вас отблагодарить?
- Мы не нуждаемся ни в чьей благодарности. Если мы что-то делаем для человека, то только для того, что надеемся, что этот человек что-то сделает для нас.
- Но что могу сделать для вас я? Ведь я всего лишь врач.
- Вы не всего лишь врач. Мы знаем, за что вы сели. Мы знаем почти все о вас и ваших опытах.
- Но как? – удивленно вытянулся Храпов в кресле.
- Через Монгола. Он наш человек. По нашему заданию он защищал вас в лагере и устроил побег. За это мы ему заплатим. А вы должны заплатить нам своими мозгами.
- Но что я должен для вас сделать?
- То, что вы пытались сделать. То, за что вы попали в тюрьму. Вы должны продолжить свои работы по созданию биоробота. Создайте биоробота, и этим вы расплатитесь со мной.
От этих слов у Храпова выступила испарина. Некоторое время он не мог выговорить ни слова. Наконец, он сказал:
- Но для того, чтобы сделать биоробота, мы нужны условия: инструменты, лаборатория, подопытный материал.
- Вы получите все. У вас будет отличная безопасная лаборатория, уйма времени, охрана и все, что необходимо для работы. С этого момента вы будете жить, как у Христа за пазухой. Но максимум через год вы должны дать нам отдачу.
У Храпова пересохло в горле.
- Можно что-нибудь попить? – попросил он приглушенным голосом.
Хозяин кабинета нажал на вделанную в стол кнопочку. Через мгновение в дверях появился Хвыщ.
- Принеси сюда стакан холодного морса, - распорядился Батя.
Через пару минут Хвыщ подал на стол бокал с морсом. Храпов судорожно сделал несколько глотков.
- Я согласен, - переведя дыхание, ответил Храпов.
Тогда хозяин встал из за стола и, подойдя к гостю, сказал:
- Ну, вот и хорошо. Сегодня же вас отвезут на место. Там вы отдохнете, а завтра можете приступать к работе.
На этом и закончился разговор между Храповым и Батей.


«Маф-1» Новиков. А. П.

В КГБ.

В просторном кабинете за большим письменным столом, уставленным телефонами, сидел с пультом радиосвязи седовласый коренастый человек в черном костюме. Он внимательно просматривал какие-то бумаги у себя на столе. За его спиной красовался портрет Дзержинского.
Вдруг на пульте связи замигала лампочка, и затрещал звонок вызова. Человек переключил тумблер и, не поднимая трубки, сказал:
- Да, слушаю!
- Николай Борисович, пришел полковник Воронцов, просится к вам на прием. Говорит, что важное дело, - ответил через динамик мужской голос.
- Пусть войдет,- разрешил Николай Борисович.
Через несколько секунд большая массивная дверь отворилась, и в кабинет вошел с папкой в руках высокий красивый мужчина лет сорока пяти, одетый в строгий гражданский костюм, но с военной выправкой. Это был Воронцов.
Молча подойдя к столу, он остановился перед ним по стойке смирно.
- Можете садиться, - оторвавшись от бумаг, кивнул на рядом стоящее кресло хозяин кабинета. Воронцов быстро уселся. - Я слушаю. Что у вас? – отодвинув в сторону бумаги и переведя взгляд на подчиненного, спросил Николай Борисович.
- Я по делу некоего врача-психотерапевта Храпова.
- Не слышал такой фамилии. Что на нем?
- Дело в том, что по моему отделу на этого гражданина накопилась информация, которая меня заинтересовала.
- Что за информация?
Воронцов раскрыл свою папку и вынул из нее лист бумаги.
- Вот докладная из областного управления КГБ. Из нее следует, что в городе пресечена преступная деятельность врача-психотерапевта Храпова, который проводил незаконные опыты над больными, пытаясь создать на их основе биоробота.
- Биоробота? Это интересно! Ну, и что же, наши поработали с этим доктором Храповым?
- К сожалению, не успели.
- Как не успели? Что с ним случилось?
- Месяц назад он бежал из колонии.
- Как бежал! Куда же вы смотрели!
- Виноват, товарищ генерал. Но я пытался доложить об этом враче ранее, примерно год назад.
- Ну, да, тогда было не до этого, - досадливо тряхнул головой генерал. – Ну и что же вы успели выяснить?
- Оказалось, что перед самым побегом Храпова стал усиленно опекать некий авторитет по кличке «Монгол», который должен был отбывать наказание совсем в другом месте. Однако каким-то странным и непонятным образом он оказался в лагере, где отбывал наказание Храпов. Было так же замечено, что Монгол не раз о чем-то шептался с доктором, как будто пытался выудить у него какую-то информацию. После этого месяц назад они изчезли.

- Что у вас по этому «Монголу»?
- Несколько раз судим. Характеризуется как очень хитрый и умный. Никогда и ничего не будет делать без выгоды. К тому же разница в преступной иерархии между Храповым и Монголом была настолько велика, что это позволяет сделать вывод об его конкретной заинтересованности в докторе.

- Да-а, - недовольно протянул генерал, - плохо работаем. Мафия мгновенно заинтересовалась и увела у нас из под носа человека, который неизвестно что конструирует. А мы только сейчас об этом узнали! Немедленно организуйте специальную группу и найдите этого Храпова. Подробно выясните, чем он занимался. Теперь вы лично отвечаете за это, - закончил распоряжение генерал.
Воронцов встал со своего места и выпрямился по стойке смирно.
- Все, можете идти, - отпустил Воронцова генерал.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Первая модель.

Прошло почти полгода с того времени, как Храпов сбежал из тюрьмы и начал работать в отведенной ему лаборатории. Батя прилагал все усилия, чтобы место расположения лаборатории и пребывание там Храпова оставались в тайне. О существовании тайной лаборатории и об операции по организации побега Храпова не знали даже близкие помощники Бати.

Чтобы полностью засекретить место пребывания Храпова, Батя приложил немало сил и изворотливости для устранения ненужных свидетелей. Так через короткий промежуток времени после побега попал в автокатастрофу Монгол. Еще через некоторое время членами враждующей с ним в его городе банды был застрелен у своего собственного дома Лапа. Это были результаты хитроумной политики Бати.

Таким образом, след, ведущий группу Воронцова к Храпову, был оборван. Благодаря действиям Бати Воронцов оказался в тупике. Ведь Монгол был членом совсем другой преступной группы в другом городе, которая была независима от Бати. А то, что Монгол действовал по заданию Бати и заезжал к нему на дачу, Воронцов не мог ни от кого узнать. Поэтому полковнику и его группе оставалось только ждать, когда появится новый след, ведущий к доктору.

Храпов же времени зря не терял. Для его работы были созданы идеальные условия. Под лабораторию была приспособлена просторная загородная дача, принадлежавшая когда-то одному из крупных партийных чиновников и купленная Батей через подставных лиц.
В одной из самых больших комнат дачи была устроена лаборатория со всем необходимым оборудованием. Туда Храпову доставлялся для проведения экспериментов необходимый ему подопытный материал: пьяницы и бомжи.

Дача находилась далеко за городом и стояла вне каких-либо населенных пунктов, посреди соснового леса. Туда шла лишь отдельная дорога, построенная специально для этого. Охраняли дачу четверо боевиков из группировки Бати, которые постоянно там и жили.

Батя демонстрировал постоянный интерес к работе Храпова и стабильно, два раза в месяц посещал свою тайную лабораторию. Для того, чтобы работа Храпова продвигалась более успешно, Батя нашел ему понимающего в медицине ассистента. В результате столь идеальных для работы условий, Храпов уже через полгода вплотную подошел к созданию настоящего биоробота.

Он уже создал первый экспериментальный образец, употребив для этого спившегося бомжа. Но из-за того, что организм этого робота был полностью разрушен беспрерывными пьянками в пору своего человеческого существования, срок действия этого биоробота был крайне ограниченным.

Именно поэтому при последней встрече с батей, показав тому экспериментальную модель, Храпов поставил вопрос о доставке ему абсолютно здорового организма уже для окончательной разработки первого образца.

- Хорошо, вы получите то, что хотите, - тут же согласился Батя и, попрощавшись с Храповым, уехал.

Всю дорогу из лаборатории Батя думал о том, как лучше выполнить просьбу Храпова.
- Может уступить ему одного из моих ребят, - первое, что пришло ему в голову. Однако, всесторонне обдумав эту мысль, он отказался от нее. – Нет, из соображения безопасности так поступать нельзя. Нужно найти человека, абсолютно не связанного с моим планом и желательно совсем из другого города. При этом надо сделать все настолько аккуратно, чтобы не было за что ухватиться при его поисках. Этот человек должен обладать великолепным здоровьем и хорошими физическими данными. Значит, нужен спортсмен, - рассуждая, пришел к решению Батя.

Оставалось только решить, каким видом спорта он должен был заниматься и где его найти. Но здесь Батя ничего придумать не мог, как ни старался.

На следующее утро Батя после завтрака по привычке уселся просматривать газеты. И тут в одной из них его внимание привлекла спортивная реклама. На ней был изображен красивый мужчина, демонстрирующий мощную мускулатуру. Именно эта мышечная мощь и привлекла Батю, ему понравились крепкие и сильные мышцы. Заинтересовавшись рекламой, он прочитал ее: «Региональный чемпионат по бодибилдингу».

- Вот именно то, что мне нужно, - подумал авторитет. - Пусть мой робот будет обладать не только физической силой, но и наглядной мощью, - окончательно решил Батя. – Эй, Хвыщ! Подойди-ка сюда! – окликнул он своего подручного.
Хвыщ выбежал на веранду на зов хозяина.

- Да, слушаю, хозяин, - угодливо сказал он.
- Купи-ка мне билеты на это шоу, - распорядился Батя, тыкая пальцем в газетную рекламку.
Хвыщ склонился над газетой изучая содержание рекламы.
- Никак на мускулистых мужичков захотел посмотреть, хозяин? – вопросительно глянув на Батю, поинтересовался Хвыщ.
- Да, посмотрим, - вставая со своего места, подтвердил Батя.
- А по мне бы лучше на голеньких девчат посмотреть, - хихикнув, проговорил Хвыщ.
- Не насытился еще, похотливый кобель? – проворчал Батя.
- Дак разве этим насытишься, здоровому мужику всегда мало…
- Ладно, хватит рассуждать! Тебе сказали, что делать. – оборва его Батя и, повернувшись спиной к Хвыщу, пошел переодеваться.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Чемпионат по бодибилдингу.

Только что прошел дождь, но небо над городом грозило новым дождем. Тяжелые серые тучи, не спеша клубились над городом, и чуть в стороне сгущались в темную синеву. На улицах и тротуарах было сыро и грязно, а машины, которые мчались по дорогам, разбрызгивали не успевшие стечь лужи, грозя окатить зазевавшихся пешеходов. Поэтому спешащим куда-то по своим делам пешеходам в этот дождливый день приходилось быть особенно бдительными, чтобы не наступить в очередную лужу и не быть обрызганными проходящими машинами.

На этом фоне вечно спешащих прохожих и машин выделялась не спешно идущая молодая парочка. Он, высокий и статный парень с довольно мужественным лицом. Благородство и мужественность ему придавали большие открытые темно-серые глаза и жесткий бобрик коротко подстриженных темно-русых волос. Парень был одет в джинсы и короткую легкую курточку спортивного типа, которая хорошо подчеркивала его широкие плечи и тонкую талию. На его плече болталась спортивная сумка. Она, на полголовы ниже, вся мягкая и нежная, опиралась на его руку. Светло-русые мягкие, слегка вьющиеся волосы ниже плеч обрамляли округлое белое личико с большими выразительными голубыми глазами. Курносый маленький носик и алые, не очень большие губки придавали ей сходство с детской отечественной куклой. Девушка была одета в серый, слегка приталенный длинный плащ и в черные, на высоком толстом каблуке сапоги. Одной рукой она опиралась на руку парня, засунутую в карман его куртки, а в другой несла темную сумочку, из которой торчал сложенный зонтик. Они шли, неторопливо обходя лужи, и о чем-то говорили друг с другом.

- Знаешь, Сережа, а у нас в институте с этого года ввели платные группы, и говорят, что вскоре все образование будет платным, - говорила своему спутнику девушка.
- Да, это вполне возможно, - согласно кивнул ей парень.

- Это что же тогда получается, если у тебя есть деньги, то ты сможешь получить образование, хоть ты и глупый как пробка, а таким как мы – детдомовцам – вообще путь к образованию будет закрыт, - с возмущение продолжала девушка.
- Но, может быть, для таких как мы сделают исключение, ведь иначе произойдет полная деградация общества, - предположил парень.

- Вот именно, деградация! – проговорила девушка, с возмущением поджав губки.
- Да, ладно об этом, Аленка! А то ты меня этими разговорами выбьешь из колеи перед самыми соревнованиями! Давай лучше поговорим о приятном. О том, как вскоре поженимся, будем вместе растить детей, - предложил парень, при этом нежно обхватив девушку за талию.

- Ну, это же все только мечты, Сережа. Где мы будем с тобой жить и на что. Ты учишься, я учусь, а надеяться нам не на кого, - укоризненно покачала головой девушка.
- А я на что? Буду работать. Ведь вон я какой сильный. Уж как-нибудь выкарабкаемся, - повернув в вполоборота свое лицо к девушке и улыбаясь, проговорил парень, при этом поправляя болтающуюся на плече сумку.
- Ты, конечно, сильный, и всегда тебе больше всех достается. И тогда, когда в детдоме защищал меня от мальчишек, и от хулиганов после. А что останется мне? – с обидой в голосе проговорила девушка.

- А тебе останется только ждать и быть мне верной подругой, - ответил парень. – Ну, вот и почти пришли, - кивнув в сторону большого серого здания с колоннами с парадной стороны, проговорил парень.- Пожелай мне победы и удачи, - повернувшись лицом к девушке, попросил он.
- Даже если ты не победишь, для меня ты все равно самый лучший и самый красивый, - ответила девушка и прильнула к его губам. Они слились в крепком поцелуе.
- А насчет того, кто самый красивый, мы сегодня увидим. А сейчас, мне пора.
- Ну, давай, беги. Удачи тебе.
Парень резко повернулся и бегом побежал ко входу, а девушка прощально помахала ему рукой.
- Я буду болеть за тебя! – крикнула она ему вослед.
Парень остановился перед входной дверью и послал девушке воздушный поцелуй.

Вскоре к большому серому зданию с колоннадой с парадной стороны стали, не спеша, подходить люди. Некоторые подъезжали на машинах, оставляя их в конце большой площади перед зданием.

С одной стороны перед входом красовалась большая афиша. На ней в грациозном полу приседе был изображен мощный спортсмен в одних плавках, демонстрирующий огромный бицепс в напряженно согнутой руке. Под изображением красовалась надпись: «Соревнование по бодибилдингу».

С каждой минутой к зданию подходило все больше людей, а в стороне образовалась небольшая автостоянка из подъехавших машин. И вот к этой стоянке подъехала странная кавалькада из трех машин. Это были две легковушки и одна грузопассажирская газель. Все они, не спеша, припарковались рядом друг с другом. Из них вышли плечистые парни в кожаных куртках и тесной кучкой направились к серому зданию. В центре этой кучки выделялся крепкий седовласый мужчина в темном длиннополом плаще и золотой печаткой на правой руке. Это был Батя.

Не спеша, пройдя в фойе здания, кучка остановилась. Шедший в середине Батя молча скинул с себя дорогой плащ, отдал его в руки одному из своих подручных и, так же молча, направился к входу в зал.

В это время зал был уже наполнен зрителями, преимущественно занявшими свои места. Батя с пятью своими телохранителями прошли в зал и уселись на самые удобные для обозрения сцены места.

Как только они устроились поудобнее, на сцену вышла очаровательная ведущая и объявила начало соревнований. Это были мускулистые молодые парни накаченными мышцами. В одних плавках, загорелые и намазанные маслом, они пол музыку в различных положениях демонстрировали рельеф своих мышц.

Когда прошел первый этап отбора спортсменов, Батя наклонился к сидящему рядом Хвыщу и тихо распорядился:
- Иди и побольше узнай о тех, кто вышел в финал.
Хвыщ согласно кивнул и, молча, удалился. Соревнования продолжались.
После объявления финалистов вышедшие в финал спортсмены стали выходить по одному, каждый со своей программой. Когда ведущая объявляла очередного спортсмена, он выходил на сцену, принимал изящную позу и ждал начала музыки. Как только мелодия начинала звучать, спортсмены двигались ей в такт, принимая те или иные позы и напрягая при этом соответствующие мускулы. Позы и движения были выбраны такие, которые бы максимально могли подчеркнуть рельеф тех или иных мышц тела. Смазанные маслом тела спортсменов буквально бугрились от мускулов. То и дело, напрягая грудные и спинные мышцы, они приводили в восторг многочисленных зрителей.

Батя молча наблюдал за соревнованиями, ничем не выдавая своих чувств. Но когда на сцену вышел очередной спортсмен, он все же не смог сдержать свое удовольствие и воскликнул:
- Вот это красавец!
В это время на сцене приготовился к выступлению высокий симпатичный парень, которого до этого провожала миловидная девушка. Это был Сергей. Зазвучала музыка, и парень начал свои движения ей в такт, напрягая мышцы. У Сергея все было развито соразмерно, пропорционально. Мышцы были не слишком огромные, а как раз такие, которые придавали его телу внушительную силу и красоту. Широкие плечи, могучий торс, узкая талия и стройные мускулистые ноги – красивое тело в сочетании с красивым лицом. Все это вызвало к нему симпатию зала.

В это время, ни сколько не обращая внимания на протесты зрителей, не пригибаясь, к Бате вернулся Хвыщ. Кивнув в сторону выступающего в данный момент спортсмена, он спросил:
- Как тебе этот «качок»?
- Хорош, - коротко ответил Батя.
- Между прочим, он сирота, детдомовский.
- Это хорошо. Быстро сделай так, чтобы он не стал победителем. И подготовь все, будет брать этого, - распорядился Батя.

Хвыщ, тут же сделав пригласительный жест своим подручным, удалился в сопровождении троих «амбалов». Батя с двумя оставшимися телохранителями, молча, покинули зал. Его больше не интересовали соревнования, он сделал свой выбор. Оставалось только ждать, когда его ребята сделают нужную ему работу.

Соревнования закончились, победители были названы. Сергей в унылом настроении вернулся в раздевалку. Возле раздевалки толклись какие-то плечистые парни, лица которых не вызывали каких-либо положительных эмоций.

Взяв свое полотенце, Сергей прошел в душ. Встав под душ, он сразу же на полную включил ледяную воду, которая обдала холодом все тело, но Сергей несколько секунд терпел обжигающий холод и лишь потом постепенно начал прибавлять горячую воду.

- Как же так, почему же я не победил? Ведь почти все предсказывали его победу, - думал Сергей, намыливая себя мылом. - А ведь он так хотел преподнести эту победу в качестве подарка Аленке, еще раз доказав ей этим, что он достоин ее. А теперь что? Довольствоваться лишь тем, что вышел в финал? Конечно, он знает, что скажет ему Аленка, ведь он знает ее достаточно долго. Она обязательно скажет, что он и так для нее самый лучший, и ему не надо ей ничего доказывать. Но как быть со своим ущемленным самолюбием? И что после этого делать: бросит все, успокоившись на достигнутом, или продолжать работать над собой? Но перед ним стоит столько новых проблем, которые необходимо решать. Надо работать и учиться, решать проблему с жильем. Вот сколько всего нужно, – такие мысли роились в голове Сергея, пока он с ожесточением мыл под душем свое тело.

Помывшись, он вернулся в раздевалку и с удивлением отметил про себя, что там осталось слишком мало спортсменов. Пока он, молча и не спеша переодевался, раздевалку покинули последние, и он остался один. Бросив в свою сумку мокрое полотенце и сложенные к пакет мыло и вихотку, Сергей перекинул ее через плечо и пошел к выходу.
Едва он открыл дверь раздевалки и переступил порог, как сразу с двух сторон крепкие руки обхватили его и стали выворачивать руки, а третий, с щербатым лицом, сунул ему под нос тряпку, пропитанную эфиром. Сергей, что есть силы, дернулся, пытаясь вырваться из цепких объятий, но кто-то сзади еще навалился на него. Сергей сделал судорожный вдох, и перед глазами все поплыло. Он провалился в забытье.

А между тем, парни, схватившие его, быстро связали его обмякшее тело. Тут же, поторапливая своих подручных, суетился Хвыщ:

- Быстро, быстро, тащите сундук, чего вы там! Пакуйте его, быстро! – командовал он.
Пока трое связывали его, двое подтащили сундук. Сергея засунули туда, и за приготовленные лямки четверо потащили сундук к выходу.
У служебного входа стояла в ожидании Сергея Алена. Впереди идущий высокий худой парень довольно грубо оттолкнул ее в сторону:
- Посторонитесь, девушка! Не видите, реквизит выносим! – указав на сундук, сказал парень.
Четверо парней, действительно, с трудом тащили огромный сундук.
- Эй, давай суда! – махнув рукой в сторону темной газели, суетился высокий.
Сердце Алены, почему-то сжалось в недобром предчувствии.
К странной группе подъехала темная грузопассажирская газель. Задняя дверь тут же распахнулась, и несколько дюжих парней быстро затолкали сундук в машину и заскочили внутрь. Газель газанула и быстро поехала, а следом за ней, тут же тронулись с автостоянки еще две легковые машины, одной из которых была черная Волга.
Проводя взглядом странную процессию, Алена посмотрела на часы:
- Ну, где же Сережа? Почему он так задерживается? Пойду, поищу его сама, - решила Алена и вошла в дверь служебного входа.
Но найти Сергея она уже не могла.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Рождение Мафа.

Доктор Храпов нервно прохаживался по просторной комнате, приспособленной под его лабораторию. С того дня, как он сбежал из лагеря, доктор сильно изменился, вновь превратившись из зачуханного зэка в интеллигентного с виду человека. Сытая жизнь и хорошие условия сделали свое дело. Это был уже не осунувшийся и заросший щетиной запуганный зверек, а посвежевший человек, с аккуратной острой бородкой и в очках с позолоченной оправой. Белый медицинский халат, одетый сверху, делал Храпова похожим на настоящего врача, и даже придавали ему сходство со сказочным доктором Айболитом.
Храпов еще раз окинул взглядом лабораторию. Посреди комнаты стоял настоящий операционный стол, а над ним нависала целая гирлянда ламп. Рядом с операционным, стоял другой столик с разложенными на нем инструментами, которые были прикрыты пока белой чистой тканью. Во главе стола стояли аппарат для искусственного дыхания и аппарат для контроля за работой сердца. Тут было все то, что хотел Храпов: компьютер и операционная, различные аппараты, несколько шкафов со стеклянными дверцами, набитые различными лекарствами и инструментами. Кроме того, в другой комнате была собрана целая библиотека по медицине. Все это немедленно появлялось здесь неведомым его способом, лишь только стоило ему этого пожелать. Все это стало возможным благодаря его теперешнему покровителю. Теперь же настала его очередь оправдать потраченные на него средства. Сможет ли он осуществить то, о чем мечтал? В любом случае, теперь он обязан просто это осуществить, ибо на него потрачено уже столько, что по-другому быть не может. Даже своей жизнью он не сможет уже оплатить потраченных на него средств.

От этих неприятных мыслей Храпов невольно поежился, и неприятный холодок пробежал по его телу. В любом случае, сегодня для него решающий день. Еще с утра ему позвонил Батя и распорядился, чтобы все было готово к операции. С самого утра он вместе с присланным ему в помощь ассистентом готовили все, что может понадобиться для операции. И вот теперь его ассистент – молодой здоровый парень с незаконченным медицинским образованием – на террасе беззаботно сидит в кресле-качалке, слушая музыку и потягивая пепси-колу. А он здесь в лаборатории нервно ходит из угла в угол, еще раз перебирая в уме, не упустил ли он еще что-нибудь важного из виду.
Но вот на веранде прервалась музыка, и послышалось какое-то движение.
- Неужели приехали? – подумал Храпов и поспешил к выходу.

Выйдя на террасу, он увидел, как в распахнутые настежь охранником ворота въехала вереница из трех машин. Впереди ехала черная Волга, затем – грузопассажирская газель, и в хвосте синяя шестерка замыкала процессию. Сделав полу разворот, машины остановились. Из них выскочили крепкие парни преимущественно в кожаных куртках. Среди них выделялся долговязый и худой Хвыщ, который, едва увидев Храпова, скалясь и сверкая золотыми зубами, закричал.

- Доктор, принимай пациента!
Из Волги, не спеша, вылез Батя и направился к Храпову.
- Ну, что, у тебя все готово? – подойдя, спросил он.
- Да. Все, - растерянно поправляя очки, проговорил Храпов.
- Хвыщ! Несите спортсмена! – оглянувшись, распорядился Батя.
Хвыщ вместе с братками открыли заднюю дверцу газели, через секунду вытащили оттуда связанного парня и потащили к входу.

- Доктор, показывай, куда его нести.
Храпов засуетился.
- Слушайте, ребята, перед тем, как его занести в лабораторию, надо бы его раздеть.
- Раздеть, так раздеть. Мы его, перед тем как упаковать, усыпили, - соглашаясь с Храповым, пояснил Хвыщ.

Через некоторое время раздетого до гола парня занесли в операционную и положили на операционный стол. Ассистент и двое братков намертво привязали его к столу. Тут же прохаживался Батя, и распоряжался Хвыщ.

- Гляди, доктор, какого красавца мы тебе подогнали, - самодовольно улыбаясь, кивнул он на привязанного к столу парня.
- Ну, ладно. Сделали свое дело – вон из кабинета, - кивнул Батя.
Все, включая Хвыща, покинули лабораторию. Батя повернулся к Храпову:
- Ну, давай, приступай. Да постарайся не испортить материал, жаль будет такого красавца.
- Постараюсь сделать все как надо.
Батя повернулся к выходу, кивнул ассистенту. Ассистент последовал за Батей. Выйдя в другую комнату и прикрыв за собой дверь, Батя обратился к высокому красномордому парню, похожему больше на деревенского парня, нежели на студента:
- Ну, студент, будь внимателен и все запоминай.
- Не волнуйся, Батя, я все запомню, хоть и строю перед доктором полнейшего простака. Мне легче под этой маской узнавать у него все тонкости.
- Ну, ладно, тогда иди и помогай ему, - отпустил ассистента Батя, и тот скрылся за дверью.

Батя несколько секунд постоял, о чем-то раздумывая, а затем, не спеша, прошел через комнату и поднялся на второй этаж дачи.

А в это время, лежащий на столе Сергей, очнулся ото сна. Несколько минут он в полузабытьи слышал разговоры каких-то людей, которые как будто находились в другой комнате. Он открыл глаза и увидел над собой огромные лампы, с удивлением отметил, что лежит намертво привязанный ремнями к огромному столу, а с обеих сторон его окружают белые покрывала.

- Где я? – подумал он, пытаясь понять смысл услышанных в полузабытьи слов.
Вдруг над ним склонилось чье-то красное лицо, скрытое под белой маской.
- Доктор, он очнулся, - проговорило лицо.

Теперь над ним наклонилось еще одно лицо, с позолоченной оправой очков, скрытое под маской.
- Усыпляй его, - распорядился человек в очках.
Чья-то рука положила ему на лицо какую-то маску, и прежде чем снова погрузиться в сон, его ослепил хлынувший откуда-то сверху свет.

Батя, не спеша, расхаживал по кабинету, расположенному на втором этаже дачи. С улицы доносился дикий гогот братков. Батя подошел к балконной двери и открыл ее. Выйдя на балкон, он крикнул сверху, обращаясь к сгрудившимся у газели мужикам:
- Ну, что расшумелись?! Хвыщ, отпусти всех лишних! Пусть уезжают, - распорядился Батя и, повернувшись, вновь вернулся в кабинет.

За окном все стихло, и через пять минут донеслись звуки отъезжающих машин.
Батя расхаживал по кабинету, пытался читать, но время тянулось мучительно медленно. Разные мысли роились в голове Бати: от проблем, которые как ком накатывались на него в последнее время, до событий сегодняшнего дня. Из города его все более и более теснят. Это, прежде всего, усилившийся за последнее время «Шрам», а так же новые группировки так называемых спортсменов. Молодые и наглые, они, пренебрегая всякими законами, вторгались на чужую территорию. Уже уничтожены в этой новой войне лучшие авторитеты. Были покушения и на него. Насколько оправданы в этой ситуации его теперешние траты времени и сил на проект этого доктора. Быть может, это всего лишь фантазии сумасшедшего, в которые он, опытный человек, вот так просто поверил и вбухал в это дело кучу денег. Не выльется ли все это в очередную проблему. Вот такие мрачные мысли одолевали Батю в эти долгие часы, пока длилась операция.
Но вот, наконец, снизу послышались шаркающие шаги, заскрипела лестница. В комнату без стука ввалился в окровавленном халате Храпов. Вид у него был как у выжатого лимона. Прислонившись к косяку, он устало проговорил:

- Все, я сделал свою работу.
- Получилось? – пристально глядя на доктора, спросил Батя.
- Это будет ясно, когда он восстановится от операции.
- Это через сколько?
- Не ранее как дня через три.
- Ладно, иди. Я подъеду через три дня.

Прошли долгие два дня. На второй день Храпов неожиданно сам позвонил Бате и возбужденным голосом попросил его приехать.
- Что-нибудь случилось? – строго спросил Храпова Батя.
- Да. Но не пугайтесь, все гораздо лучше, чем я предвидел, - успокоил его доктор.
Немедленно бросив все дела, Батя выехал на дачу. Не успел он заехать на территорию, как на встречу ему семенящей походкой выбежал Храпов.

- Пойдемте в лабораторию, я покажу вам пациента.
Батя в сопровождении Храпова проследовал в лабораторию. В углу на больничной кушетке лежал прикрытый простыней человек. Рядом стояли какие-то приборы, и от них к голове пациента тянулись провода. Тут же в стороне сидел ассистент.
- Вот, извольте взглянуть, - указывая на лежачего, проговорил Храпов.
- И что? – пристально глядя на парня, ничего не понял Батя.
- Как что!? – взмахнул рукой Храпов. – Всего лишь два дня назад я сделал ему трепанацию черепа! Провел тяжелейшую операцию, от которой обычный человек не очухался бы и через месяц. Вы только взгляните на его голову!
Батя более пристально взглянул на голову лежащего. Сквозь темную щетину коротких волос он увидел едва заметные шрамы.
- Вы видите? – указывая на шрамы, возбужденно продолжал Храпов. - Почти ничего не видно. А эти волосы выросли за два дня. Ведь только два дня назад он был абсолютно лысым.

- И это все? – вопросительно взглянув на доктора, спросил Батя.
- Нет, не все. Налицо почти полное восстановление организма: физическое восстановление и возвращение всех жизненных функций. Наблюдается положительная реакция на электронные импульсы, посылаемые мной.
- То есть, ты хочешь сказать, что им уже можно управлять? – недоверчиво проговорил Батя.
- Вот именно! – воскликнул Храпов. – Стоит только внести в его программу код голоса, которому он будет подчиняться.
- Ты хочешь сказать, что если мы введем этот код, то он будет подчиняться только одному человеку?
- Вот именно! Я предусмотрел этот вариант, иначе биороботом сможет управлять любой, ведь у него нет личностных целей.
- Ну, что ж, тогда введем этот код.
- Сейчас я все подготовлю.
С этими словами Храпов подошел к компьютеру и начал что-то быстро набирать.
- А теперь, вы должны скатать в микрофон следующие слова: «я твой хозяин, ты подчиняешься только мне и выполняешь все, что скажу я». Только четко и ясно, – проинструктировал Храпов.
Батя с волнением взял в руки микрофон.
- Вы готовы? – спросил доктор.
- Да.
Храпов нажал на пульте какую-то кнопку и дал знак говорить. Батя четко и ясно произнес нужную фразу.
- Ну, все. Теперь вы - его хозяин. Но сначала надо дать ему какое-нибудь имя.
- Имя? – задумался Батя.
- Можно предложить мне вариант? – неожиданно предложил ассистент, все это время молча сидевший в углу.
- Ну, что ж, предложи, - вдруг согласился Батя, повернувшись к ассистенту.
- Я предлагаю: Маф-1.
- Что значит Маф-1? – озадаченно спросил Батя. – Ах, да, Маф это еще понятно, но что значит один?
- Один, это значит номер изделия, ну, как ТУ-134. Ведь он первое наше изделие. Первая серия, первый образец, - пояснил ассистент.
- Ну, черт с тобой, пусть будет твое название. Окрестим его Маф-1, - согласно махнул рукой Батя.
- Теперь скажите в микрофон, что его зовут Маф-1 и попробуйте дать ему какую-нибудь команду, - предложил, колдуя у пульта, Храпов.
Батя, подняв к своим губам микрофон, четким голосом сказал:
- Тебя зовут Маф-1! Тебя зовут Маф-1! А теперь я приказываю тебе: встань с постели!
И как только он произнес эти слова, лежащий приподнялся с постели, развернулся, опустил ноги на пол и встал. Несколько секунд все трое, молча, смотрели на вставшего, не в силах что-то сказать. Лишь ассистент как под гипнозом встал со своего места и, так и остался стоять с открытым ртом и широко открытыми от удивления глазами. Храпов тоже замер за пультом компьютера.
Первым нарушил молчание ассистент:
- Ну, ты доктор, даешь! Ты прямо волшебник какой-то! Признаться, я тебе до сих пор не верил, а теперь просто восхищен! Поздравляю! – сыпал комплименты ассистент. При последних словах он подошел к Храпову и бесцеремонно похлопал его по плечу.
Батя был тоже очень доволен, ему не терпелось продолжить опыты. Преодолев первый шок от успеха, они продолжили экспериментировать. Сперва они заставили биоробота выполнять простейшие упражнения, такие как встать, сесть, ходить. Затем приступили и к более сложным заданиям: найти стакан, налить в него воду и поставить на стол. Биоробот к восторгу присутствующих справился со всем.
Затем Храпов предложил проверить силовые качества робота. Они перебрались в другую комнату, приспособленную под спортзал. Они приказали ему сесть за велотренажер и в течение часа крутить педали, а затем – поднимать штангу. Силовые возможности биоробота привели всех в восторг. Он без устали крутил педали велотренажера и без всякого усилия поднял до полного предела нагруженную штангу.
Проверив силовые качества, они приступили к изучению его реакции. Батя для поддержания своей физической формы любил поиграть в теннис, поэтому именно этим способом он решил посмотреть на реакцию Мафа. Маф легко отражал любую подачу, либо просто ловил мячик рукой, но теннисист из него был плохой. Ведь в прошлой жизни он никогда в теннис не играл. Из этого Храпов сделал вывод, что биоробот способен выполнять только то, что в прошлой жизни ему приходилось делать.
- А способен ли он сейчас на обучение? – озабоченно спросил Батя.
- Чтобы получить ответ на этот вопрос, мы должны поставить эксперимент, - поправляя очки, ответил Храпов.
- Ну-ка, подай мне свой пистолет, - обратившись к одному из своих телохранителей, приказал Батя.
Охранник, молча, повиновался и отдал Бате свой пистолет.
- Маф, слушай мой приказ! – обращая к роботу, дал указание Батя. – Запоминай все, что я делаю.
После этих слов он быстро вынул обойму из пистолета и разобрал его, затем так же быстро собрал.
- А теперь, повтори! – скомандовал он.
Маф, в точности повторяя движения Бати быстро разобрал и собрал оружие.
- Ну, что ж, это именно то, что в наибольшей степени мне от него нужно. Тому, что он не умеет, мы его научим, - удивленно произнес Батя.
- На сегодня, пожалуй, хватит экспериментов. Думаю, это дело надо обмыть. – Батя подошел к Храпову и дружески обнял его за плечи. – Теперь ты для меня не просто гость, а дорогой гость. Пойдем, дорогой, выпьем за успех.
При этих словах Батя, взяв доктора за руку, галантным жестом пригласил доктора следовать за собой.
- Быстро, все лучшее на стол! – прокричал Батя на весь дом.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Первое задание Мафа.

Убедившись в том, что робот имеет способность к обучению, Батя решил сделать из него настоящего профессионала перед тем, как дать ему первое задание. Для этого он составил целую программу обучения. По его замыслу Маф должен был стать настоящей машиной для убийства. И чтобы сделать его таковым, его день изо дня обучали. Батя, будучи неплохим специалистом по стрелковому оружию, самолично взялся обучить робота владению им. И он показал Мафу устройство почти всех видов стрелкового оружия и научил пользоваться им.

Мафу не надо было много объяснять. Достаточно было просто дать команду на запоминание, а потом показать то, что следовало запомнить Мафу: разобрать или собрать какой-либо образец оружия или показать, как им пользоваться. При задании повторить Маф с точностью повторял то, что ему до этого показывали. Его обучаемость просто восхищала создателей и хозяев.

Он быстро научился разбирать и собирать любое оружие, имеющееся в арсенале Батиных братков. Научился поражать из этого оружия движимую и недвижимую цель. Далее его обучили вождению мотоцикла и автомобиля. Рукопашный бой и владение холодным оружием биоробот изучал по специальным видеокассетам. Ему достаточно было показать запись на видеопленке того или иного приема, а затем дать задание на повторение, и он с точностью выполнял увиденный прием. У него оставалось в памяти все то, на что ему было поставлено задание на запоминание. Он, подобно видеомагнитофону, записывал в своей памяти все, что хотели записать. Только тогда, когда биороботу было преподано все, что считал нужным Батя, в соответствии с отведенной ему ролью, авторитет решил, что настала очередь для боевого крещения Мафа.

В городе было одно место, которое обычный добропорядочный гражданин старался обходить стороной, особенно в вечернее время. Это был клуб «Атлант», место отдыха и развлечений братков из группировки «Шрама». В этот клуб любил захаживать и сам Шрам. К услугам братков здесь был и ресторан, и игровой зал, и девочки. В это осиное гнездо и послал Мафа Батя, дав задание убивать всех, кто окажет ему сопротивление, а в особенности, человека со шрамом на щеке.

Был теплый майский вечер. К большому трехэтажному зданию со сверкающей вывеской «Клуб Атлант» стекались со всего города широкоплечие братки, чтобы расслабиться после трудового дня. Как правило, они подъезжали на машинах, припарковывая их тут же, у входа, так что вскоре весь подъезд к зданию был заставлен разноцветными легковушками. Лишь одно элитное место было свободно, ибо оно предназначалось главе преступной группировки Шраму. Когда из здания вовсю доносилась музыка, смех и гам, а из окон первого этажа сверкала и перемигивала в такт музыке цветовая иллюминация, к зданию подъехала черная БМВ. Припарковавшись на незанятом элитном месте, из машины вышли четверо крепких мужчин. Один из них, в дорогом костюме и неизменной сигарой в зубах, с лицом с косым шрамом на щеке, и был сам глава организационной преступной группировки по кличке «Шрам». Все четверо тут же, не задерживаясь, прошли в здание.
Примерно через четверть часа к входу этого здания подъехала еще одна машина. Это была шестерка красного цвета. Она припарковалась напротив входа в клуб на другой стороне дороги, и из нее вышел высокий широкоплечий парень в темном плаще. Широким шагом незнакомец направился прямо к дверям клуба.

У входа в клуб стояли трое охранников, следящих за порядком вокруг, и за тем, чтобы в клуб не прошли посторонние.
- Гляди, какой-то посторонний парень! – указывая на направляющегося к двери парня в плаще, сказал один их троих.
- А, ну, куда разогнался?! – преградил дорогу шедшему широкомордый верзила. Двое других обступили парня по бокам.
Парень остановился напротив здоровяка.
- Мне надо туда, - голосом, лишенным эмоций, ответил парень.
- А ты хорошо подумал, стоит ли тебе туда? – спросил здоровяк.
- Сперва покажи-ка, что у тебя под плащом, - проговорил другой и, протянув руку, попробовал отодвинуть полы плаща.
Вдруг словно железные тиски обхватили его запястье – это рука парня схватила его руку. От боли браток согнулся и взвыл.
- Ах ты, гад! Ты на кого руку поднял! – взревел здоровяк и замахнулся огромным кулаком. Но кулак, направленный незнакомцу в лицо, очертив в воздухе дугу, пронесся мимо, лишь только нарушив равновесие здоровяка. И тут же, словно скала обрушилась на него, буквально пробив его грудную клетку. Здоровяк замертво упал у ног незнакомца. Тем временем, другой выл от боли, упав на колени.

Видя такое развитие событий, третий выхватил из-за пояса пистолет, но воспользоваться им он так и не сумел. Жестокий хлесткий удар ребром ладони по его шее буквально раздробил его шейные позвонки, и он, как подкошенный, также упал к ногам назнакомца. А тот, с абсолютно каменным, ничего не выражающим лицом, отпустив из своей руки - тисков воющего от боли охранника, перешагнул через трупы и, молча, зашел внутрь.
В холле стоял огромный бильярдный стол, возле которого толпились несколько братков, ведущих игру. Рядом стояли несколько наблюдателей, кто с банкой пива, кто с сигаретой в зубах.

Дальше за широким выходом был виден довольно большой зал с возвышающейся сценой. Впереди на сцене под ритмичную музыку и восторженное улюлюканье братвы танцевала почти голая стриптизерша. Весь зал был наполнен полупьяными братками, сидящими за столиками, уставленными закуской и выпивкой, или обступившими сцену и тянущими руки к заманчивым бедрам стриптизерши. Рядом со многими из сидящих расположились ярко разодетые девицы, отрабатывающие свой очередной субботник.
Вот такая картина открылась вошедшему внутрь парню, но он, с ничего не выражающим лицом, молча, прошел в холл, обратив на себя внимание присутствующих.
- Это что за чувак?
- Ты его знаешь? – послышалось с разных сторон. Но никто из присутствующих не предпринял никаких действий, молча наблюдая за незнакомцем.
Но тут в дверь на полусогнутых ногах ввалился оставшийся в живых охранник. Согнувшись, и держа другой рукой неестественно повисшую руку, он заорал во все горло:
- Братва! Мочи чужака! Он мне руку сломал!

И как только прозвучали эти слова, все пришло в движение. Братки, державшие в руках кии, взяли их наизготовку и бросились на незнакомца. С разных сторон посыпались удары, но незнакомец был подобен молнии. Он руками и ногами ломал кии и наносил в ответ сокрушительные смертельные удары. Как от пушечных ядер разлетались братки в разные стороны, разбивая мебель. Визг орущих дам и хруст разбиваемой мебели заглушали музыку.

Видя такое развитие событий, остальные братки, находящиеся в зале, выхватили огнестрельное оружие и бросились на помощь к избиваемым в холле. Но прежде чем прозвучал первый выстрел с их стороны, незнакомец распахнул полы своего плаща, выхватил из-за пояса два пистолета и открыл огонь сразу из двух стволов. Ни одна из выпущенных им пуль не прошла мимо цели. Шум стрельбы и дым от выстрелов наполнили зал. Братки падали как подкошенные, а незнакомец, как молния, мелькал то тут, то там, сея смерть вокруг. Израсходовав боезапас, он буквально на лету перезарядил пистолеты, при этом, умудрившись ногой раскроить череп одному из посетителей, и вновь открыл смертельный огонь из своего оружия.

Шрам, обедающим в это время на втором этаже в обнимку с двумя красотками, услышав звук стрельбы, грубо столкнул одну из них, сидящую у него на коленях, и выхватил из-за пазухи пистолет.

- А ну-ка, проверь, что там за стрельба, - отдал он распоряжение одному из своих телохранителей.
Тот, выхватив оружие и взяв его наизготовку, быстро исчез за дверью. Шрам с двумя оставшимися телохранителями приготовились к бою, направив свое оружие на дверь. Через некоторое время посланный охранник вернулся с перекошенным от ужаса лицом.
- Шеф, там настоящая бойня!

- И много их? – спросил Шрам.
- Не знаю, но я видел одного – настоящего бестию. Он мочит наших по-черному.
- Что?! И с одним никто не может справиться! – в бешенстве заорал Шрам.– Быстро вернулся обратно, а ты – ему в помощь, – ткнув еще одного телохранителя в грудь пистолетом, продолжал орать Шрам. – И чтобы без его головы не возвращались!
Двое телохранителей, первый из которых явно был в нерешительности, последовали к выходу. Несколько секунд Шрам стоял с пистолетом наизготовку, стрельба внизу не утихала.

- Пошли отсюда через черный вход. Ты впереди, - принял решение Шрам.
Выйдя за дверь вслед за телохранителем, Шрам оглянулся на лестницу, ведущую в зал. На лестнице он увидел чье-то незнакомое лицо, медленно поднимающееся наверх. Шрам поднял пистолет и выстрелил, пятясь назад. Лицо исчезло. Шрам побежал за телохранителем, спускаясь по аварийной лестнице. Следом он услышал чьи-то шаги.
- Быстрее! – теряя самообладание, закричал он, торопя телохранителя.
В это время в комнату, где только что находился Шрам, вошел человек в черном плаще. В каждой руке он держал по пистолету. Он прошел в комнату, где никого кроме двух раскрашенных девиц не было. Посреди комнаты стоял накрытый стол, позади него, прижавшись к стене, стояли две девицы. Незнакомец навел на одну из них пистолет, и та, закрыв лицо руками, закричала:
- Не убивай! Не надо!

На бесстрастном лице незнакомца словно что-то мелькнуло, рука с пистолетом замерла на несколько секунд. Затем он резко развернулся и вышел, проследовал по коридору и спустился по черному ходу. Выйдя на улицу, он увидел, как черный БМВ отъехал от стоянки. Подойдя к ближайшей машине, Маф, а это был именно он, ударом кулака разбил стекло и открыл дверь. Несколько секунд – и машина срывается с места и устремляется следом за БМВ.

БМВ мчалась по городу, на огромной скорости обгоняя машины и проезжая перекрестки на красный свет светофора. А следом за ней, не отставая, ехала белая Волга.
- На Советскую гони! – заорал Шрам на телохранителя, видя в зеркале заднего вида неотстающую Волгу. У него была надежда на пост ГАИ, находящийся на этой улице.
Обе машины на огромной скорости пролетают мимо поста. Молодой офицер гаишник по рации доложил о дерзких нарушителях, и по городу объявили план «перехват». Машина ГАИ устремилась в погоню.
- Водители Волги и БМВ, немедленно остановитесь! – неслось из громкоговорителя машины ГАИ. Но машины не останавливались.
- На проспект Ленина гони! Там другой пост ГАИ! – скомандовал Шрам. Сейчас он надеялся только на официальные силовые структуры, ибо за городом ему надеяться ему будет не на кого: там он останется один на один с преследователем. А тут, черт с ним, пусть его задержат, он решит эту проблему потом. Но задержат ведь и его настойчивого преследователя.
Вот и другой пост ГАИ. Здесь их уже ждали, перегородив улицу. Рядом стояли несколько вооруженных милиционеров с автоматами наизготовку.
- Все приехали, тормози у ментов!
БМВ резко затормозила у перегородившей дорогу машины ГАИ. Шрам выскочил из машины первый и с поднятыми руками сам пошел навстречу вооруженным милиционерам, крича:
- Не стреляйте! Я сдаюсь!
Но не успели милиционеры подойти к Шраму, как мчащаяся следом Волга, затормозила, визжа тормозами. Ее резко занесло и при этом развернуло. Шрам бегом устремился навстречу милиционерам, крича во все горло:
- Стреляйте в эту машину! Там киллер!
Милиционеры растерялись, и тут же из развернувшейся Волги раздались выстрелы. Шрам с перекошенным лицом и расплывающимся красным пятном на груди упал на колени, а потом и лицом вниз. Волга, развернувшись, с места сорвалась прочь.
Спустя некоторое время гаишники нашли брошенную Волгу, но в ней никого не было. Так закончилась жизнь главного конкурента Бати. Маф выполнил данное ему задание в полном объеме.

«Маф-1» Новиков. А. П.
Расследование группы Воронцова.

В просторном кабинете за широким столом сидели пять человек в штатском. Во главе стола сидел высокий статный человек. Это был полковник Воронцов. Позади него на стене висел портрет Дзержинского. Справа от него сидели двое: миловидная женщина лет тридцати в темном деловом костюме и мужчина лет сорока в сером свитере. С другой стороны сидели двое мужчин: один высокий и плотный с лысеющей головой, а другой сухощавый и маленький.

- Николай, что вам удалось выяснить по Монголу? - обратившись к высокому и плотному человеку, спросил Воронцов.
- К сожалению, в этом направлении все концы обрублены. Несомненно то, что именно Монгол организовал побег Храпова из колонии, но кто ему в этом помогал, неизвестно. Сам Монгол найден мертвым Ставропольским УВД, - доложил плотный.
Воронцов перевел взгляд на женщину.
- Ну, а ты что скажешь, Татьяна? Насколько реальна идея Храпова сделать биоробота?

- Знаете, Виктор Сергеевич, к сожалению, идея Храпова создать биоробота не такая уж и утопия. Детально изучив все имеющиеся в нашем распоряжении материалы, мы пришли к выводу, что Храпов весьма продвинулся в этом направлении. И если допустить, что ему кто-то создаст соответствующие условия, то он вполне сможет довести свою идею до воплощения.

- Но чтобы проводить такие опыты, какой материал ему потребуется? Я хочу сказать, достаточно ли ему будет опытов над животными?
- Ни в коем случае. Храпов нелегально проводил опыты и вплотную подошел к такому этапу, что без опытов над людьми ему просто не обойтись. Ведь для того, чтобы робот действовал, нужен высокоразвитый мозг.

- Все ясно, Татьяна, - прервал ее Воронцов. – Из всего сказанного тобой мне стало ясно, что для того, чтобы продолжить свои опыты, ему, во-первых, необходимы соответствующие условия, которые не каждый человек способен предоставить. Во-вторых, ему нужен человеческий материал для опытов. Из всего этого нетрудно сделать соответствующие выводы. Кто смог организовать побег Храпова через такого непростого в криминальном мире человека, как Монгол, а потом, смог убрать его? Кто может обеспечить Храпову условия для работы и его опытов? Ведь для этого, как я понимаю, нужно медицинское оборудование, которое весьма недешево. И, наконец, кто в состоянии обеспечить Храпова человеческим материалом для его опытов? Ответ очевиден: все это в состоянии сделать только серьезная преступная группировка, - полковник Воронцов сделал паузу, как бы что-то обдумывая, затем, пристально посмотрев на плотного, уже властным голосом продолжил:
- Исходя из всего этого, вашей группе, капитал Ковин, приказываю заняться поисками такой преступной группировки. Возьмите за основу крупные и устойчивые группировки, имеющие большие финансовые возможности. Знаю, что сейчас у нас в стране таких очень много. Придется вам поработать. Отслеживайте все события в преступной среде, их, может в чем-то необычные разборки между собой. В общем, не мне вас учить.
- Есть, товарищ полковник, - ответил капитан Ковин, плотный лысеющий человек, не вставая со своего места.
Полковник Воронцов перевел взгляд на женщину.
- Ну, а вашей группе, Татьяна, придется заняться черной работой, - уже без металла в голосе сказал полковник.
- Ну, при нашей-то работе, где б ее найти эту чистую работу, - сделала реплику Татьяна.
- Да, - словно, соглашаясь с ней, кивнул Воронцов. – В общем, вам, Татьяна, придется поискать следы опытов этого Храпова.
- Порыться в трупах, - уточнил сидящий рядом с женщиной мужчина.
- Вот именно, лейтенант Карпенко, придется поискать трупы, - снова с металлом в голосе подтвердил Воронцов. – Итак, всем понятно задание?!
- Так точно!
- Так точно, товарищ полковник, ответили ему со всех сторон.
- Ну, что же, - вставая со своего места, продолжил Воронцов, - на этом считаю, что совещание закончено.
Все встали со своих мест.
- Все свободны, - отпусти подчиненных Воронцов. Все вышли, и он остался один. Полковник вышел из-за стола и, подойдя к окну, задумался:
«Что ни говори, а пока у его группы мало что получается. Видимо, то, кто организовал побег Храпова, позаботился о том, чтобы как можно лучше замести следы. Все те люди, которые каким либо образом были связаны с побегом Храпова, либо уничтожены, либо бесследно исчезли. Остается только ждать. Ибо все равно деятельность Храпова, если только он еще жив, все равно себя обнаружит», - так думал Воронцов.

Прошел месяц. Все это время Воронцов не терял времени зря. Дав задание обеим группам, находящимся в его подчинении, он вел помимо этого свое собственное расследование. Для себя он определил задачу: найти место, откуда чаще других пропадали люди по невыясненным и непонятным для органов причинам. Запросив данные из УВД о пропаже людей, Воронцов сузил круг поиска. Он отбирал дела людей, пропавших без каких-либо материальных выгод, со стороны кого бы то ни было. Это вскоре дало результаты. Он выяснил, что чаще всего по непонятным причинам люди исчезали в одной области. Это были люди из самых социальных низов, кого органы и не особо и пытались найти. В основном, это были бомжи.
Выяснив это, Воронцов подкорректировал задание, данное им двум другим группам. Прежде всего он дал задание Татьяне заняться поиском останков людей в этой области.. А группе Ковина выяснить, какие преступные группировки в данной области в финансовом и организационном плане могли организовать побег Храпова, а так же предоставить ему соответствующие условия.
Сам Воронцов, изучая дела по пропаже людей, наткнулся на эпизод, который показался ему странным. Это было заявление девушки, которая утверждала, что ее жених пропал сразу же после соревнований по бодибилдингу. Парень был сиротой, не имеющим родственников. Материальной составляющей здесь тоже явно не просматривалось. Парень жил в общежитии и ничего не имел кроме честного заработка. Воронцов решил сам заняться этим делом.

У Алены только что закончились занятия в институте. Собрав свои тетради, она вышла из аудитории, и, покинув здание, направилась к своему общежитию. Алена была в грустном настроении. Со дня пропажи Сергея ее не покидало чувство вины и отчаяния. Ведь если бы она была в этот день рядом с Сергеем, быть может, он бы никуда не исчез. Она пыталась найти его сама, писала заявления, но все напрасно. Все это время она жила своей жизнью как бы по инерции. По инерции ходила на занятия, ела, спала. Хотя все ее мысли были заняты другим.

Ни кого не замечая, Алена подошла к своему общежитию. Подойдя к окошку коменданта, она попросила свой ключ. Пожилая комендантша, подавая ключ, многозначительно сказала:

- Тебя тут ожидает человек из органов, - и, повернувшись к статному мужчине лет сорока пяти, стоявшему невдалеке, она спросила, - вы ее хотели видеть?
Воронцов, повернувшись к замершей в недоумении девушке, представился:
- Полковник Воронцов. Можно мне с вами поговорить?
- Вы о Сереже? – с волнением в голосе спросила Алена.
- Да, о нем.
- Тогда лучше не здесь.
- Конечно. Оставьте свою сумку у коменданта и пойдемте, прогуляемся, - предложил Воронцов.
Аленка, согласившись, кивнула, отдала сумку, и они вместе с Воронцовым вышли из общежития.

На улице был ясный солнечный день. По летнему было тепло, и вдоль дорожки уже приготовились к цветению посаженные студентами цветы. Алена с Воронцовым, не спеша, направились к тенистой аллее.

- Неужели стало известно что-либо о Сереже, - первая нарушила молчание Алена.
- К сожалению, ничего не известно, и я надеюсь на вашу помощь.
- Но я писала заявления! Сколько раз обращалась в органы, а на меня все смотрели как на дурочку! – с возмущением проговорила Алена.

- Я вас понимаю, девушка, но для того, чтобы я смог чем-то вам помочь, вы должны мне все, что знаете, рассказать. Не важно, что вы там писали и говорили. Расскажите мне все по порядку. Я вас слушаю.

- У Сергея в этот день проходили соревнования по бодибилдингу, - с волнением в голосе начала свой рассказ Алена. Она подробно описала Воронцову, как они вместе подошли к дому культуры, где должны были проходить соревнования. Как они расстались, потому что Алене надо было идти на занятие. И как она потом долго и безуспешно ждала Сергея возле клуба, а, устав ждать, ходила по раздевалкам и расспрашивала всех, кого застала, о Сергее.

- Все, кого я расспрашивала, утверждали, что Сергея видели недавно, когда он пришел в раздевалку. Но куда он пошел после, никто не видел, - закончила свой рассказ Алена, смахивая набежавшую слезу. Они остановились посреди пустынной аллеи напротив друг друга.

- Алена, а вы не заметили что-нибудь странное? Может, каких-нибудь людей или машины? – задал наводящий вопрос Воронцов.
- Пожалуй, припоминаю странных парней, - на секунду задумавшись, вспомнила Алена. Она вспомнила того парня, который грубо толкнул ее. – Перед тем как я хотела зайти в клуб, из него вышли какие-то странные парни. Хотя они что-то тащили, на грузчиков они не были похожи.
- То есть из клуба вышли какие-то странные парни, которые совсем не были похожи на грузчиков. А на кого они были похожи? Ваши ощущения?
- Я бы сказала, что они скорее были похожи на бандитов, такие наглые рожи.
- Вспомните, что они несли?
- Кажется, какой-то огромный ящик.
- И куда они его дели?
- Погрузили в такую темную с фургоном машину, сели туда сами и уехали.
- Так. Так, - озадаченно проговорил Воронцов. – Номер машины вы, конечно, не запомнили?
Алена отрицательно покачала головой.
- Ну, а кого-нибудь из этих парней вы запомнили?
Алена еще раз отчетливо вспомнила того развязанного парня, который грубо оттолкнул ее.
- Да, одного очень даже запомнила. Такой наглый, который командовал. Он меня еще грубо оттолкнул.
- Это уже кое-что. Опознать его сможете? Какой он из себя?
- Он высокий, худой, с довольно большим носом, с нагловатой улыбкой.
- Значит, сможете опознать?
- Смогу.
- Значит, так, Алена, давай договоримся. Никому о нашем разговоре не говори, даже сотрудникам милиции. Завтра в это же время ты сможешь подойти?
- Смогу.
Воронцов достал из нагрудного кармана блокнот и ручку и быстро что-то написал. Вырвав из блокнота листок с написанным, подал его Алене.
- Придешь по этому адресу. За это время я подберу фотографии из картотек. Если сможешь его опознать, то этим очень нам поможешь.
- Хорошо, приду, - кивнула Алена.
- И если есть фото Сергея, возьми его с собой.
На этом они расстались.

На другой день стали поступать первые результаты работы группы Воронцова. С утра ему позвонила Татьяна.
- Виктор Сергеевич, мы вскрыли вчера несколько скрытых захоронений, - начала свой доклад Татьяна, - сделали первичный осмотр и обнаружили у всех трупов явные признаки проведенных на них операций в районе черепа.
- Все ясно, Татьяна, - прервал доклад Воронцов. – Сегодня вечером подъедешь с результатами, - распорядился он.
Воронцов позвонил Ковину:
- Ну, что, у тебя что-нибудь есть? – спросил он.
- Да, есть. Я сейчас изучаю материалы дела, связанные с убийством преступного авторитета по кличке «Шрам». Здесь очень много любопытного.
- Кто больше всего был заинтересован в устранении Шрама?
- В устранении Шрама был заинтересован другой главарь преступной группировки по кличке «Батя». Устранив Шрама, он, по существу, вернул контроль над городом. Именно Шрам и его группировка были его главными соперниками.
- Все ясно, Вася. Сегодня подъедешь ко мне с этими материалами после обеда. Еще мне надо достать фотографии и дела всех подручных этого Бати.
- Так точно.
- Жду тебя, - закончил разговор Воронцов.
К назначенному времени явился Ковин. Воронцов находился в одном из кабинетов, выделенным специально ему областным ФСБ.
- Разрешите войти, - спросил Ковин, зайдя в кабинет Воронцова.
Он был одет по-летнему: в пеструю зеленую рубашку с короткими рукавами. В правой руке Ковин держал большую папку-сумку.
- Проходи, - вставая из-за стола, произнес Воронцов. – Принес, что просил?
- Так точно.
- Сейчас ко мне должна придти девушка, которая должна опознать одного из подручных этого Бати, - пояснил Воронцов. – Показывай, что у тебя там.
Ковин положил свой портфель на стол, открыл и начал доставать из него различные папки. Найдя нужную, он открыл ее.

- Вот, посмотрите на эти доклады. Вот фотографии с места событий, - пояснил Ковин, раскладывая фотографии. – Вот эти фотографии сделаны в клубе «Атлант» - месте отдыха братков Шрама и его самого. Полюбуйтесь, настоящая бойня. И, что интересно, все они были убиты из двух пистолетов, либо настолько мощным ударом, как будто по ним били из пушки. А это фотографии самого Шрама. Выстрелы по нему сделаны все из того же оружия. И, что интересно, во всех свидетельских показаниях фигурирует описание одного и того же человека. Сотрудники патрульно-постовой службы, на чьих глазах был убит Шрам, тоже видели только одного человека, - пояснял Ковин.

- Это что же получается, полсотни братков и самого Шрама замочил один человек? – задумчиво проговорил Воронцов.
- Вот именно, причем братки были вооружены.
- Прямо, супермен какой-то.
Воронцов присел за стол и углубился в изучение принесенных Ковиным документов. Ковин же, стоя сбоку и угадывая по реакции Воронцова, что он читает, то и дело пояснял ему суть того или иного документа и подсовывал ему другие. За этим занятием их и застала Алена, которая, тихо постучавшись и не получив ответа, зашла в кабинет.

- Можно войти? – нерешительно остановившись в дверях, спросила она.
Воронцов с Ковиным, оторвавшись от бумаг, оглянулись на голос.
- А вот и Алена подошла, - отложив читаемый документ и вставая со своего места, проговорил Воронцов. – Проходи, проходи, - указывая жестом рядом с собой, пригласил он и, повернувшись к Ковину, пояснил: - Это та самая девушка, о которой я тебе говорил. Кстати, Алена, ты прихватила фотографию Сергея? – вновь повернувшись к Алене, спросил Воронцов.

- Да, - согласно кивнула Алена. Она еще не успела сесть на предложенный Воронцовым стул и, раскрыв сумочку, достала фотографию. Воронцов взял ее и, одновременно разглядывая фото, повернулся к Ковину.
- Ну, как, похож он на того, кого описывают свидетели?
- На описание похож, но боюсь, что фотографии мало свидетелям, надо внешнее описание этого парня, - неуверенно проговорил Ковин, рассматривая фото.
- Алена, - вновь повернувшись к девушке, обратился Воронцов, - ваш парень - это брюнет ростом метр восемьдесят, атлетического телосложения? Я правильно описал вашего Сергея?
- Ну, в общем-то, да.
- Николай, возьми эту фотографию и организуй опознание, - передал фотографию Ковину Воронцов. – Доставай свои фотографии, распорядился он.
Ковин, убрав поданную фотографию в портфель, достал из него другую папку, открыл ее и положил перед Аленой. Воронцов, отодвинув стул, жестом пригласил Алену присесть.
- Алена, вот в этой папке находятся фотографии. Пожалуйста, посмотри их внимательно, может, ты узнаешь среди них того, кого ты видела у дома культуры.
Алена углубилась в изучение фотографий. Через некоторое время, она пристально рассматривая фото на одном из дел, воскликнула:
- Вот он!
Воронцов взял из ее рук фотографию и протянул Ковину.
- Хвыщ. Правая рука Бати, - едва глянув на фотографию, пояснил Ковин.
- Ну, что ж, все ясно, тихо проговорил Воронцов.

Примерно через час после того, как от Воронцова ушла Алена, появилась Татьяна. Она ознакомила полковника с результатами работы своей группы. На карте она показала места найденных скрытых захоронений. Потом она ознакомила Воронцова с результатами исследования останков. Из результатов обследования явствовало, что над всеми этими людьми проводились какие-то опыты.

- Ну, что ж, все ясно. Теперь мы знаем, где искать Храпова. Пора действовать, - ознакомившись со всеми документами, решил Воронцов. Прохаживаясь по кабинету и обдумывая свое решение, он подошел к Ковину и распорядился:
- Установи наблюдение за этим Батей и его подручными. Должна быть где-то тайная лаборатория, и он нас выведет на нее. Наблюдение должно быть скрытым, чтобы никто не почувствовал слежку.
- Сделаем все чисто, - ответил Ковин.
- А мне надо позвонить генералу, чтобы договориться насчет спецназа.
- А что, силами областного спецназа не обойдемся? – высказал сомнение Ковин.
- Судя по тем событиям, которые произошли, Храпов уже создал биоробота. Иначе ничем нельзя объяснить столь стремительное устранение мощной группировки Шрама. Причем все уцелевшие свидетели описывают одного человека. Баллистическая экспертиза также показала, что более сорока человек убиты всего из двух стволов. Причем, вооруженных человек! Это говорит о том, что действовал настоящий терминатор. Любой обычный смертный на это не способен. Именно поэтому необходимы профессионалы, чтобы не допустить возможности воспользоваться этим новым оружием кому бы то ни было. Иначе не избежать новых трагедий, - объяснил свое решение Воронцов.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Конец Храпова.

В этот день Батя с самого утра запланировал поездку на дачу. Они вместе с Храповым начали готовить Мафа к новому заданию. Его личный шофер подогнал к входу черную Волгу, и Батя в сопровождении Хвыща и телохранителя уселся в машину.
- Поехали, - приказал Батя шоферу, и машина устремилась к выходу. Угодливый охранник быстро открыл ворота, машина выехала за них и помчалась за город.
Какое-то странное тревожное чувство с утра не покидало Батю. Такое чувство он испытывал в случае какой-нибудь угрозы или перед арестом.
- Гони быстрее, - распорядился Батя.
«Надо как можно быстрее активировать Мафа. Пусть он убивает всех, кто посмеет сегодня незвано появиться на даче», - сидя в машине, думал Батя.
- Слушай, Хвыщ, - нарушил он молчание.
- Слушаю, Батя, - откликнулся тот.
- Если случится что-то непредвиденное, первое, что ты должен сделать, это убить Храпова. При всякой серьезной опасности убей его. Он не должен попасть в чужие руки.
- Я все понял, Батя.
- А если что-то случится со мной, уничтожь и биоробота.
- Я сделаю это, - заверил Хвыщ.
В то время, когда Батя выехал из дома, человек из спецназа, наблюдавший в бинокль из скрытого убежища, устроенного на водонапорной вышке, по рации сообщил:
- Первый, первый, я Сова. Объект выехал по направлению А.
- Первый на связи. Понял. Объект выехал по направлению А.
Батя не мог предположить, что каждый его шаг контролирует невидимый дирижер. И, конечно, он не мог предполагать, что недалеко от дачи уже приготовились одетые в маски серьезные парни.
Волга Бати подъехала к даче. Охранник быстро открыл ворота. Машина заехала во двор и остановилась у входа. Из нее вышли охранник, Хвыщ и Батя. Навстречу им вышел Храпов. Он только недавно проснулся и едва успел накинуть домашний халат и надеть тапочки.
- Долго спишь, доктор, - недовольно проворчал Батя.
- Извиняюсь, долго работал ночью, здороваясь, ответил Храпов.
- Иди, одевайся быстрее, будем активировать робота, - распорядился Батя.
Он, в сопровождении Хвыща, прошел в дом. Храпов, семеня следом, поднялся на второй этаж, а Батя прошел в лабораторию. Здесь в специальном закрытом железном ящике был спрятан Маф. Это Батя придумал для робота железный сейф, чтобы прятать его от посторонних глаз. Он подошел к сейфу и начал открывать его. Но тут его внимание привлек странный шум. И тут же раздался звук выстрела. В лабораторию влетел побледневший Хвыщ, а у него в руке еще дымился пистолет.

- Батя, чужие на даче!
Батя выхватил из кобуры находящийся у него под пиджаком пистолет и вместе с Хвыщом выскочил из лаборатории. В дверях мелькнула темная фигура в маске, и Батя тут же сделал два выстрела в ту сторону. Он глянул в окно и увидел, как к дому с разных сторон устремляются вооруженные короткими автоматами люди в масках.

- Быстро наверх, за Храповым! – закричал Батя Хвыщу. Он едва успел отклониться за оконный проем, как из окон посыпались стекла, и пули прошили соседнюю стену. Батя, прячась за проем, сделал несколько выстрелов по движущимся фигурам. Краем глаза он увидел, как Хвыщ, пригибаясь, устремился к лестнице, ведущей на второй этаж.

«Хвыщ сделает свое дело, надо чтобы Маф никому не достался, - подумал Батя. Стреляя на ходу, он устремился назад в лабораторию. Прибежав туда, он начал с ходу опрокидывать и крушить все вокруг. Подбежав к компьютеру, он схватил его и со всей силы швырнул об пол. Уронив компьютерные дискеты, он начал с ожесточением их ломать. Потом он подбежал к шкафу с лекарствами и тоже опрокинул его. И вдруг он почувствовал, что кто-то другой вбежал в лабораторию. Батя повернулся с пистолетом наизготовку, и тут же автоматная очередь прошила его.

В то время как Батя крушил лабораторию, Хвыщ поднялся на второй этаж, также с пистолетом наизготовку, и искал Храпова. В холле на втором этаже доктора не было, в спальне тоже.
- Доктор, ты где? – перебегая из комнаты в комнату, звал его Хвыщ. Он заглянул в туалет – никого. Дернул ручку ванной комнаты, но дверь не поддалась.
- Храпов, открой! – прокричал Хвыщ.

Между тем где-то послышались посторонние звуки. Хвыщ, отойдя на полшага, сделал несколько выстрелов под ручку двери, нанес мощный удар, и дверь распахнулась. Хвыщ вошел в ванную и увидел в углу перекошенное от страха лицо Храпова. Он сидел на корточках и, словно пытаясь спрятаться, прикрывал от страха лицо руками.
- Не надо, не надо, - глядя на ворвавшегося в ванную Хвыща, вопил он. Хвыщ навел на него пистолет и выстрелил. И тут же в спину ему полоснула очередь. Хвыщ медленно осел на пороге ванной.

Воронцов вместе с Ковиным медленно обходили дом. В разгромленной лаборатории они нашли прошитого очередью Батю. По всему дому ходили вооруженные спецназовцы. Два специалиста колдовали над огромным сейфом, стараясь его открыть.

- Успел уничтожить компьютерные дискеты, - недовольно проворчал Воронцов, осматривая разломанные дискеты. – А где Храпов, спросил он.
- Там наверху лежит, в ванной, - ответил появившийся в дверях лейтенант Карпенко.
- Тоже убит?
- Да. Его успел Хвыщ застрелить.
Воронцов недовольно тряхнул головой. В дверях показался коренастый спецназовец с автоматом за плечом.
- Полковник, там генерал приехал, спрашивает вас, - доложил он.
В это время специалисты открыли дверь сейфа. Внутри него стоял как не живой высокий симпатичный парень.
- Так вот, значит, кого они превратили в робота, - подойдя к сейфу и вглядевшись в лицо, проговорил Воронцов. Повернувшись, он быстро пошел к генералу.
Генерал, только что вышедший из машины, прохаживался по двору дачи. Воронцов подошел к нему.
- Товарищ генерал, задача выполнена, - доложил Воронцов.
- Робота нашли? – спросил генерал.
- Так точно, нашли.
- Храпова?
- Нашли. Убит подручным Бати.
- Это плохо, - недовольно проворчал генерал. – Сейчас подойдут машины, робота и все, что с ним связано, погрузите в них, и под охраной спецназа доставьте в Москву, распорядился он и, повернувшись, направился к машине.

«Маф-1» Новиков. А. П.

Побег из лаборатории.

Где-то на окраине Москвы находится большое серое здание. Попасть внутрь здания можно только по специальному пропуску, заверенному ФСБ. У главного входа расположены специальные вертушки, а сбоку от них – застекленная будка для поста военизированной охраны. Внутри этой застекленной будки и днем, и ночью за специальным пультом с видеонаблюдением дежурили по два охранника. Это здание с охраной было секретным медицинским институтом. Именно в этот институт и доставили Мафа. Здесь он находился в глухой комнате на втором этаже за специальной железной дверью.

Задача, поставленная перед сотрудниками данного института сверху, была следующая: во-первых, надо было научиться управлять биороботом, во-вторых, узнать его возможности, в-третьих, изучить его конструкцию и возможность копирования данного образца.

На данном этапе сотрудники института пытались решить первую задачу. Для этого к голове робота были подключены многочисленные датчики, выведенные на приборы, которые регистрировали любую мозговую деятельность биоробота.
Всей этой работой руководил профессор Зеленин. Это был коренастый пожилой человек небольшого роста с жесткой, почти полностью седой шевелюрой, выглядывающей из под белого колпака, и с такой же седой бородкой. Он ходил в белом халате и белом колпаке, впрочем, как и все остальные сотрудники института.

Зеленин склонился над одним из столов, изучая диаграмму. Рядом за прибором рисующим эту диаграмму, сидел руководитель отдела Петров: круглолицый мужчина лет сорока пяти.
- Видите, Виктор Геннадьевич, ясно видна какая-то слабая мозговая деятельность, - показывая рукой на ленту, говорил Петров. – Причем, эта мозговая деятельность, судя по всему, появилась после первого задания Мафа. Это мы вычитали по сохранившимся записям Храпова.
- Записи Храпова? – с интересом взглянул на собеседника Зеленин.
- Да. Среди того, что было прислано вместе с биороботом, мы нашли дневник с пометками Храпова. А еще мы нашли видеозапись первого задания Мафа.
- Так, так. Это интересно. Хочу на это взглянуть, - заинтересовался Зеленин, отложив диаграмму.
- Сейчас покажем, - с готовностью ответил Петров, вставая с места. – Витя, где та кассета? – повернувшись к одному из сотрудников, спросил он.
- Да вон она, рядом с видеодвойкой. Ведь только что смотрели, не вставая с места и указав на стоящий в углу телевизор со встроенным видео, ответил сотрудник.
Петров и Зеленин подошли к столу с видеодвойкой, рядом лежала кассета. Петров вынул кассету из подкассетника и, включив телевизор, вставил ее в видео. После нескольких непонятных черных мельканий на экране пошла запись. Вот камера выхватила закрывающуюся дверцу красной машины. Потом в объектив попали фигуры трех охранников. Бесстрастно камера фиксировала, как бы со стороны, все события того кровавого вечера. Перекошенные мелькающие лица, стрельба и кровь.
Но вот на одном моменте Петров остановил кадр.

- Обратите внимание на этот момент. Робот должен был застрелить эту девушку.
Кадр замер, фиксируя перекошенное и умоляющее лицо девушки. Перед ее лицом замерло дуло пистолета. Петров снова включил воспроизведение.
- Но выстрела не последовало, - комментировал сцену Петров. – Именно этот момент и отметил в своих записях Храпов. Он пришел к выводу, что этот эпизод и явился тем толчком, который послужил расстройству программы Мафа и возобновлению у него слабой мозговой деятельности.

- Значит, в роботе остались какие-то воспоминания из прошлой жизни, которые в определенный момент и внесли коррекцию в его программу, - высказал свое мнение профессор.
- Я тоже так думаю, - согласился с ним Петров.
- Ну, а что еще полезного вы нашли? – продолжил расспрос Зеленин.
- Больше, к сожалению, ничего, - развел руками Петров. – Все ценное уничтожено. А как активировать робота, пока не ясно.
- Ну, что ж, пока попробуем метод научного тыка. А если не получится, придется начинать с задачи номер три, то есть идти от изучения его конструкции, - решил профессор.

Вечером того же дня молодая сотрудница этого отдела, задержавшись на работе, перед тем, как уйти, решила проверить правильность работы всех приборов. Потом она подошла к Мафу, чтобы проверить надежность всех прикрепленных к нему датчиков. В лаборатории уже никого из сотрудников не было. Женщина, проверяя крепление датчиков, вдруг невольно залюбовалась молодым и красивым телом робота. Бронзовое, хорошо сложенное тело мужчины привлекло ее. Она коснулась рукой его груди и почувствовала упругую теплую кожу. Она провела рукой по его груди и медленно опустила ее на бугрящийся в мышцах живот, потом завела руку за его талию. Непреодолимое женское желание прижаться к сильному мужскому телу охватило ее, и она, подчиняясь ему, прильнула к этому телу. Но вдруг ее словно отрезвил звук звук, раздавшийся где-то за дверями, и она резко отдернулась от робота.

- Боже, что это со мной, это всего лишь робот, - тихо проговорила она и, в смущении отойдя к своему столу, быстро взяла сумочку и вышла из лаборатории.
А на другой день весь штат лаборатории шумно обсуждал результаты ночных записей диаграмм мозговой деятельности. Все они говорили о внезапной повышенной активности мозга.

А в это время в кабинете Зеленина происходила следующая сцена. За большим столом, подперев свою седую голову рукой, в задумчивости сидел профессор. А перед столом нервно расхаживал заведующий отделом Петров. Рядом с Зелениным на столе лежали развернутые диаграммы, которые только что принес Петров.
- Я не знаю, что послужило причиной столь сильной мозговой деятельности, но то, что с ним что-то происходит, это однозначно. Он даже стал реагировать на свет. Есть даже мышечная реакция! – нервно расхаживая по кабинету, докладывал Петров. Остановившись напротив Зеленина, который, молча, выслушал его тираду, он добавил, - я боюсь, что мы можем потерять робота. Надо что-то делать.
Опустив руку и подняв голову, Зеленин пристально посмотрел в глаза Петрову.
- И что вы предлагаете делать?
Петров, не выдержав прямой взгляд начальника, опустил глаза.
- Ну, я бы предложил…сделать вскрытие его головы и посмотреть, что случилось со встроенными в мозг чипами.
- А вам не страшно резать, возможно, живого человека? – также пристально гладя на Петрова, спросил Зеленин.
- Но это же робот, - пожал в растерянности плечами Петров.
Зеленин тяжело вздохнул и, медленно встав из-за стола, прошелся по кабинету. Остановившись у окна и как бы разглядывая из него что-то, Зеленин в задумчивости, как бы разговаривая сам с собой, проговорил:
- А, может быть, это уже не робот? И тогда как же быть с той клятвой, которую мы давали как врачи?
- Но спросят-то с нас не за наши муки совести, - ответил Петров.
- Знаете, я уже нахожусь в таком возрасте, когда задумываешься не о том, что спросят здесь, а о том, что спросят еще выше, - не поворачиваясь к Петрову, сказал профессор. Произнося последние слова, он многозначительно ткнул пальцем вверх. Сделав паузу, профессор повернулся лицом к собеседнику и уже более строгим голосом добавил:
- Никаких действий пока не предпринимать. Просто следите за процессом.
- Но если что-то случится? – попытался возразить Петров.
- Всю ответственность за это решение я беру на себя, - с металлическим оттенком в голосе твердо сказал Зеленин.
- Ну, что ж, как скажете, - пожав плечами и как-то сникнув, согласился Петров и тихо вышел из кабинета.

Сергей очнулся посреди большой полутемной комнаты. От его головы шли к каким-то непонятным приборам многочисленные провода. Приборы что-то фиксировали, издавая какие-то звуки, рисовали какие-то непонятные диаграммы.
- Где я, - подумал Сергей, оглядываясь вокруг. И вдруг в его голове, как кадры из фильма, стали всплывать фрагменты событий. Детские годы, детдом, Алена. Все это проносилось в его голове, как будто он смотрел кино. А потом он увидел, как какие-то люди отдают его телу приказы, и его тело их выполняет. Все события последних месяцев, словно из разорванных лоскутков, складывались в единую картину.
- Как же они могли так использовать меня? – с ужасом подумал Сергей. – Нет, я не должен здесь находиться, - Сергей посмотрел на себя: он стоял практически голый в одних лишь плавках, увешанный проводами. - Ведь я человек! – решил он и начал с ожесточением срывать с себя многочисленные датчики.
Оглядевшись, Сергей подошел к металлической двери и попробовал ее открыть. Дверь не поддавалась, тогда он напрягся и буквально вырвал ее вместе с металлической коробкой.
В это время в будке охранников сработала сигнализация. Оба охранника, сидя дремавшие за пультом, подскочили и уставились на экраны с видеонаблюдением.
- Гляди, на втором этаже посторонний, - воскликнул один из них, указывая на экран. На экране была ясно видна фигура почти голого человека, идущего по коридору.
- Как он попал туда? – озадаченно спросил второй охранник.
- Как, как! Вызывай подкрепление! – передразнив коллегу, нервно распорядился первый.
Пока второй вызывал по связи подкрепление, первый наблюдая за экраном, явно нервничал и переживал вслух:
- Черт, они не успеют, он уже спустился на первый! Надо что-то делать! – он выхватил пистолет, выскочил из будки и встал наизготовку. В полутемном проходе появилась фигура человека.
- Стой, буду стрелять! – закричал охранник.
Фигура человека на несколько секунд замерла и вдруг с невероятной скоростью пришла в движение. Охранник даже не успел среагировать, как мощная сила буквально отбросила его в сторону. Другой охранник, так ничего и не поняв, замер с телефонной трубкой.
Между тем Сергей с огромной скоростью выбежал на оживленную трассу. Он бежал на встречу несущимся автомобилям, каждый раз перескакивая через них. А шоферы, управляющие машинами, видели лишь, как на большой скорости на встречу им бежал человек и, не останавливаясь, словно барьер, перепрыгивал машину. Инстинктивно шоферы нажимали на педаль тормоза и, если при этом не получали удар сзади ехавшей машины, то долго не могли понять, что же им привиделось.
А Сергей, пробежав так несколько километров, наконец, свернул на обочину и остановился. Оглянувшись вокруг, он, наконец, почувствовал себя свободным. Теперь, когда он стал свободным, он сам может решить, что ему делать и куда идти. Он вспомнил лицо своей Алены, и больше сомнений у него не было. Он должен вернуться именно к ней.


«Маф-1» Новиков. А. П.
Эпилог.

Полковник Воронцов, сидя за письменным столом в своем кабинете, читал письмо, которое ему передали.
«Не пытайтесь меня найти. Вы знаете о моих возможностях, и я воспользуюсь ими, если вы попробуете меня схватить. Я не хочу никаких опытов. Я хочу жить как всякий нормальный человек. Если же меня оставят в покое, я обещаю жить жизнью законопослушного гражданина». Письмо заканчивалось припиской: «Сергей, бывший Маф».
Воронцов отложил письмо и задумался. Через некоторое время он пододвинул телефон и набрал номер.
- Алло. Полковник Воронцов. Позовите мне капитана Зубкова
Через некоторое время на том конце провода знакомый ему грубоватый голос спросил:
- Алло. Это ты, Сергей?
- Да, я, Толя, - ответил ему Воронцов.
- Какие проблемы?
- Не мог бы ты мне справить паспорт?
- О чем речь, сделаем, если надо, - бодро ответили на том конце.
- Надо, Толя, надо.
- На кого выписывать ксиву?
Воронцов на минуту задумался.
- Иванов Сергей Петрович.
- Ясно. Самая распространенная фамилия. Все, сделаю.
- Подожди, Толя, фото этого человека я тебе вышлю, а дату рождения поставь семьдесят пятый.
- Все ясно, Сергей.
- Ну, ладно, Толя, передавай привет жене и детям, - закончил разговор Воронцов.
- Взаимно, Сергей. Ну, давай, пока, - и на том конце положили трубку.
Воронцов тоже положил трубку и, глядя на прочитанное письмо, усмехнувшись, произнес, как бы обращаясь к неведомому собеседнику:
- Ну, что ж, живи спокойно, Сергей.

***КОНЕЦ***



ovickamar1   28 декабря 2010   752 0 0  


Рейтинг: 0




Тэги: человек, робот, мафия




Последние читатели:


Невидимка

Невидимка

Невидимка



Комментарии:

Пока нет комментариев.


Оставить свой комментарий


или войти если вы уже регистрировались.